Сиэтл на пороге Новолуния: Бринна Галлахер подпрыгивает от радости, получив приз на конкурсе кондитеров. Внезапно звонок из ресторана сообщает ей о втором и третьем местах — и теперь ее жизнь становится еще более загадочной и опасной.
Наконец, тварь содрогнулась и умерла, трансформируясь в свою более слабую человеческую форму.
— Чертова демоническая мразь, — Зеб оттолкнул труп и, пошатываясь, поднялся на ноги. Боль пронзила его ногу, когда он, прихрамывая, рванул к Шею.
Нужно найти Бри. Черт, сильно ли она пострадала? В городе оборотней ни одна адская гончая не нападет на человека. Должно быть, существо охотилось на ребенка Калума.
Когда Зеб подошел к Бри и Шею, он попытался встать на колени. Его нога подогнулась, и колени ударились о мостовую в приступе агонии.
— Черт! — Стиснув зубы, он придвинулся ближе.
Бри лежала поперек волка, и была без сознания.
— Черт возьми, маленькая самка. — В груди сдавило, когда он вспомнил, как она специально отвлекала внимание адской гончей на себя. Такая ужасающе смелая. Он осторожно отодвинул ее от Шея, чтобы осмотреть их раны.
Внутри у него все сжалось. Кровь была повсюду, от них обоих: она покрывала мех на плече и шее Шея, пропитывала темнотой бледно-голубой рукав толстовки Бри.
Человек более слабый. Он оторвал рукав ее толстовки.
Клянусь Богом охоты, ее рука выглядела так, будто ее засунули в пилораму. Нежная женская кожа — неправильно видеть ее поврежденной. Воздух наполнился запахом крови. Слишком поздно. Снова слишком поздно.
Он прижал ладонь к ее ранам, пытаясь остановить ужасающе быстрый поток крови.
Подошли люди, наконец-то, черт возьми. Со стороны дороги через стоянку бежали три кахира. Из таверны хлынул новый поток людей, и он понял, что битва длилась всего минуту или около того.
Заметив Калума и его дочь впереди, Зеб завопил:
— Принесите лекарства!
— Уже, — тявкнул детеныш Козантира. — Я принесу их. — Она развернулась и бросилась обратно к бару.
Калум добежал до них первым, на ходу отрывая рукав своей белой рубашки. Он опустился на колени рядом с Шеем и использовал ткань как повязку, надавливая на рану на шее волка.
Шей не издал ни звука.
Черт возьми, Шей. Зебу стало трудно дышать.
— Он что…?
— Он жив. — Калум подозвал одного и кахиров. — Оуэн, вчера вернулся Донал. Тащи его сюда.
— Да, Козантир. — Оуэн вытащил из кармана сотовый телефон.
Понизив голос, Калум приказал другому кахиру.
— Бен, уведи отсюда людей, пока не пришел целитель.
— Будет сделано, Козантир.
— Мы услышали крики. — Алек опустился рядом с Зебом, хмуро глядя на его ногу и руку Бри. — Дело дрянь.
Детеныш Козантира резко затормозил.
— Папочка, вот аптечка.
