Локи, наказанный вечной зимой, встречает Тони, спасённого ценой собственной жизни. Их история переплетает проклятие и искупление, красоту и боль. Смогут ли они найти спасение друг в друге, преодолев границы между чудовищем и человеком?
Локи положил ладонь на деревянный косяк, свеча поднялась, чтобы разогнать мрак.
Кровать была все так же не застелена, лишенная одеял. В забытом сплетении они лежали на камнях перед огнем, который изжил себя несколько часов назад. И было бы так просто подобрать их, быть может, уткнуться в мягкую ткань носом и найти запах, который слишком быстро стал таким же знакомым, как собственный; слабый пот, теплая кожа и острый запах необработанного лимонного мыла, которое Тони смешал для себя.
Взамен Локи колебался на пороге, внезапно чувствуя себя нежеланным. Сглотнув, он закрыл дверь, от хлопка разошлось эхо, и съежился, когда звук пустился плутать по запутанным коридорам. И не было голоса, что позвал бы его тревожно или недовольно.
Покой. Безмолвие. Раздумья.
Что они делают там, снаружи?
Не имеет значения, язвительно сказал себе Локи, шаги ускорились, когда он поспешил в западное крыло. Их жизни принадлежат им самим - в этом вся суть."
"Увеличивая размах шагов, он почти бежал в безопасность своей комнаты, хотя знал, что его призраки без малейшей пощады последуют за ним и туда. Насколько долго они останутся, задавался он вопросом, глядя вокруг на руины, которые упорно создавал для себя. Пока он не получит свободу и не сможет вернуться в Асгард? Или пока его не бросят на произвол судьбы; получившего отказ в свободе и выкинутого, забытого золотым царством. Не для того ли он освободил этих троих, только чтобы в последний час проклинать себя, наполненного горечью и боящегося того, что вероятно произойдет?
Быть может, это всего-навсего был его жребий - позволить песочным часам истощиться. Сидеть в те тихие мгновенья, пока его кандалы будут крошиться, а волки разбегаться, зная, что шаг за ворота означает прокладывание пути, который совершенно точно был его собственным. Сможет ли он это сделать спустя столь долгое время?
Распустив завязки плаща, Локи стянул его с плеч и перекинул через стул. Приглушенный свет из-под покрывала на маленьком столе привлек его внимание. Пусть слабый и тусклый, но помимо оплывшей свечи у двери он был единственным источником света в комнате. Он не рассматривал его горестное свечение с тех пор, как Тони стоял рядом с ним на коленях, удерживая над ладонями парящее волшебство. Локи до сих пор столь отчетливо помнил то сияние, когда оно отражалось в его глазах - и свою неожиданную ревность от того, что такой сущий пустяк смог настолько его очаровать.
