Та весна была особенной для него - солнце даже тогда, когда небо было серым. В апреле ему исполнилось пятнадцать: он почти взрослый. Родители стали доверять больше обязанностей и часть хозяйства под его контроль, что стало радостным поворотом в жизни. Утром ранним он ходил в кузницу со своим отцом, забирал готовые изделия и доставлял заказчикам по деревне....
- Будь Крис… то есть Адриан хоть простым крестьянином или самым последним воином, он бы мне все равно нравился.
- Так скажи ему об этом.
Клаус как-то странно посмотрел на северянина, но так ничего и не ответил. Через некоторое время, когда оба начали замерзать, они, не сговариваясь, поднялись и направились обратно в замок.
На следующий день Николаус очнулся от бешеного стука собственного сердца и шума в ушах. Даже во сне он настолько волновался от предстоящего разговора с Кристианом, что организм воспринял это как сильный стресс и ответил соответствующим образом.
Когда он только открыл глаза, еще было рано, и до завтрака оставалось достаточно времени. Этим юноша и решил воспользоваться, чтобы спокойно поговорить с королем перед тренировками. Однако его чуть ли не силком развернули на подходе к королевским покоям и отправили туда, откуда он пришел. Оказалось, что еще с прошлого вечера владыка Адриан закрылся в личном кабинете с несколькими советниками и до сих пор с ними что-то обсуждает.
Конечно, это известие Николауса не обрадовало. Он хмурым взглядом смерил высокого стражника перед собой, на которого этот взгляд никак не подействовал, и нехотя отправился на площадку для тренировок.
В тот день капитан решил внести в их размеренную жизнь, как он выразился, немного разнообразия.
В тот момент мимо площадки как раз проезжала группа всадников во главе с владыкой Адрианом: воинов десять, считая самого монарха, и все одеты достаточно торжественно. Конечно, тренировки были прерваны, юноши, не таясь, во все глаза рассматривали неожиданную процессию.
