Автор
Пятнадцать дней — вот сколько выстояло поселение из десятков миллионов человек, когда свет вырубили. Успехом всё это считают жителями только до тех пор, пока они не осознают, насколько быстро город трансформируется в арену битвы за жизнь и силы. В каждой двери — инстинкт самосохранения, каждое движение соседа — риск биться с другими за остатки необходимых ресурсов. Осталось ли время на планомерное изгнание, или уже слишком поздно задумываться о спасении?...
И это ещё не всё… Благодаря запасам руды, мы получили через Большой Алтарь много стальных наконечников для копий и стрел. А, кроме того, множество кинжалов и топоров. Да, за них приходилось платить баллы. Но стоимость была не такая грабительская, если загрузить нужные ресурсы. Да и Кукушкин себе не изменил: воспользовался налогами, чтобы создать запасы баллов в казне.
Так что армию Алтарного было, чем вооружить. Тем более, моя группа продолжала натаскивать пехоту для работы в строю.
Не особо напрягаясь, Алтарное могло выставить пятитысячную армию: со своей пехотой ближнего боя, стрелками и артиллерией. Конечно, солдатам надо было платить — ведь их всех отрывали от работы. И это снова легло бы на казну Алтарного тяжкими расходами. Местная валюта, конечно, больше использовалась для мелких покупок, но даже её сначала нужно было собрать в достаточном количестве.
Однако впереди нас ждала весна! Первая посевная, сбор первых плодов, а ещё заготовка дерева, камня, мяса и шкур.
В итоге всё обсуждение свелось к тому, как организовать подвод войск незаметно для врага. Для этого вызвали Кострому, Дуная и Сочинца с моей стороны, плюс ещё несколько человек со стороны Вити и Пустырника. Кукушкин, правда, жалел, что Пирогов застрял в посёлке каменотёсов.
Через час, пока ещё шло заседание совета, по городу начался сбор войск и припасов. А утром уже планировалось выходить всеми силами на место будущих переговоров. Пяти тысяч бойцов, как мы посчитали, хватило бы для того, чтобы отбить нападение.
Но я и Кукушкин должны были ехать отдельно. Решили прибыть туда раньше войск, чтобы оценить диспозицию. На санях мы бы успели к дозорной вышке ещё до обеда.
Дневник Тору Яно
Триста восемьдесят восьмой день. Никогда не хотел быть дипломатом.
Мама! Папа! Я, честно говоря, и сам не представляю, как оказался парламентёром. Наверно, всё дело в том, что в бою от меня толку мало… Ещё меньше, чем от многих других мирных жителей нашего сообщества. Зато я довольно вынослив и умею быстро бегать!
Господа Иендо и Аоки назначили меня главой дипломатической миссии, выдав подробные инструкции.
