Автор
Пятнадцать дней — вот сколько выстояло поселение из десятков миллионов человек, когда свет вырубили. Успехом всё это считают жителями только до тех пор, пока они не осознают, насколько быстро город трансформируется в арену битвы за жизнь и силы. В каждой двери — инстинкт самосохранения, каждое движение соседа — риск биться с другими за остатки необходимых ресурсов. Осталось ли время на планомерное изгнание, или уже слишком поздно задумываться о спасении?...
Теперь уже бывших.
Пока Иваныч говорил, взгляды Тору Яна и переводчика на миг остекленели. Видимо, СИПИН как раз предложил им сменить группу.
— И во-вторых… — продолжил Кукушкин. — Я беру вас обоих в свою группу. Ты талантливый парень, Тору, и далеко пойдёшь. Но сейчас, перед тем как соглашаться, ты должен знать одну очень важную вещь! Ты же понимаешь, что после таких выкрутасов я твоим не помогу? Просто дождусь конца ваших разборок, а потом — ударю сам. Кто выживет и согласится к нам присоединиться — тот молодец.
Иваныч дождался, когда переводчик закончит, и внимательно посмотрел на Тору. А тот качнул головой и ответил очень просто:
— Вы в своём праве. Прошу только пощадить тех, кого сможете.
— Договорились, парень, — Кукушкин двинулся прочь, а потом обернулся, на секунду нахмурился…
И торжественно провозгласил:
— Добро пожаловать в Алтарное!
Дневник Листова И. А.
Триста восемьдесят девятый день. Карты на стол.
На этот раз со мной не было Кукушкина. Только Мелкий. И мы снова шли на переговоры. Армия Алтарного постепенно стягивалась к месту возможной битвы. Чтобы сделать это незаметно, нам пришлось фактически проложить новую дорогу — параллельно первой.
Сейчас солдаты занимали позиции вдоль реки, чтобы в нужный момент выйти на поверхность снегов и вступить в бой. Для этого были подготовлены и снегоступы, и специальные настилы для «слонобоев».
Японцы скапливались на другом берегу реки, но переходить пока не решались.
А вот японцы, чтобы согреться, вызвали сотни капсул на берег реки, де-факто сформировав новый лагерь прямо тут.
С севера в нашу сторону приближалась новая армия. И это уже были не беженцы, а именно армия.
Надо сказать, первая группа японцев тоже пыталась сформировать какой-то строй. Но сразу было видно, что они — не самые опытные бойцы. И в этой ситуации руководство беженцев снова запросило переговоры. Вот только Кукушкин отказался с ними говорить.
А я — нет. И, получив кучу инструкций, вышел навстречу парламентёрам.
