Автор
Пятнадцать дней — вот сколько выстояло поселение из десятков миллионов человек, когда свет вырубили. Успехом всё это считают жителями только до тех пор, пока они не осознают, насколько быстро город трансформируется в арену битвы за жизнь и силы. В каждой двери — инстинкт самосохранения, каждое движение соседа — риск биться с другими за остатки необходимых ресурсов. Осталось ли время на планомерное изгнание, или уже слишком поздно задумываться о спасении?...
— Ты неромантично предложил.
— Кхм… — я бы сказал, что меня «обломали», но ещё не всё было потеряно. — Ладно, я тебе романтично предложу… Но только, когда поправишься!
— Вот-вот… — буркнула девушка, а уже через несколько секунд задышала ровно и медленно.
Как и любой человек, который крепко-накрепко уснул.
— Хорошая психика! Устойчивая! — одобрительно заметил Лисов. — И девчонка хорошая!
На этих словах я повернул к нему голову и посмотрел так неласково, что молодой полицейский тут же засуетился и поспешил выйти в коридор.
"Коротая время в участке, я всё гадал, кто успеет раньше: Лена или Вавася с живыми свёртками. Оказалось, что гаданием я на жизнь не смогу зарабатывать… Потому как хлопнувшая дверь возвестила о приходе совершенно нового действующего лица.
— Где он? — громко спросил до боли знакомый голос.
— Кто, Вано? — удивился дежурный.
— Зачем мне Вано среди ночи? Где этот маньяк?! — рявкнул Кукушкин.
— Так нет маньяка… У нас только Вано! Ну и псина его, вместе с девушкой!.. — попытался объяснить дежурный.
— Как нет маньяка, если мне сказали, что он есть?! — голос Кукушкина налился силой, мощью и вселенской обидой. — Вы тут вообще сбрендили? Зачем будить меня посреди ночи с глупыми розыгрышами?!
В этот момент снова хлопнула дверь. И ещё один знакомый голос задал тот же сакраментальный вопрос:
— Привет, Иваныч… А где?
— Кто, маньяк? — слабым голосом уточнил дежурный. — Извините, нет его… Пока нет, но скоро будет!..
— Да зачем мне ваш маньяк? Не буду я его лечить, даже если подыхает! — вознегодовала Лена.
— А-а-а… Она там! — с облегчением ответил дежурный.
— А почему это ты, Лен, маньяка не будешь лечить?! — расстроился Кукушкин. — А как его судить, если он сильно ранен?! А как его показательно, при всём народе, казнить?!
— Пускай через клонирование лечится! — отрезала Лена, и я услышал, как её шаги быстро приближаются к кабинету.
Девушка влетела к нам, уперев руки в бока и грозно хмурясь. За её спиной, у входа в полицейский участок, гордо реял белый помпон мэра.
— Так! Вано, а почему Кэт ранена? — накинулась на меня медик.
— Ранили, — философски ответил я.
— А ты где был? — не поняла она.
— А я её искал, — пожал я плечами.
— Ничего не поняла… — Лена мотнула головой, а потом решительно указала мне на дверь: — Без тебя разберусь!.. Выметайся!.. И Русого забери!
— Не могу Русого забрать, он тяжёлый! — ухмыльнулся я, быстро выскальзывая из кабинета и прикрывая за собой дверь.
