Автор
В Уэльсе, в глубине леса и за пределами деревни, тихие костры стали важной частью местного умиротворения. На холме стоит старое здание, охваченное светом костра, как наседка над своими цыплятами, создавая впечатление спокойствия и тепла в серых предрассветных тенях.
Пришлось хорошенько потрудиться, и последний рывок едва не опрокинул ее навзничь. Девушка из последних сил водрузила седло на полку и, тяжело дыша, с торжеством посмотрела на викинга.
— Вот""
Гаррик, сложив руки на груди, прислонился к столбу, служившему опорой потолку конюшни.
— И это все? Ты не закончила, госпожа. Неужели я должен еще и объяснять, что делать дальше?
— Я могу ухаживать за лошадьми лучше тебя, викинг! — огрызнулась Бренна, хватая тряпку, чтобы вытереть вспотевшую спину жеребца. — Будь сегодня в седле я, он ни за что не лягнул бы кобылу!
— Хватаешься за любую возможность разыгрывать из себя мужчину! — ощерился он.
— Убирайся! — взорвалась Бренна, залившись краской. — Я не нуждаюсь в твоем надзоре! Гаррик от души рассмеялся:
— Теперь еще и велишь мне покинуть собственную конюшню! Похоже, твоя наглость не знает границ?!
Бренна подняла глаза и не смогла сдержать широкую улыбку. На этот раз она уж точно перешла все границы.
— Ты прав, — признала она, забыв о гневе.
Гаррик воздержался от упоминания, что не нуждается в ее разрешении, и вместо этого молча наблюдал за девушкой, мысленно признавая, что она действительно знает свое дело.
— Как ты спала прошлую ночь? — спросил Гаррик, когда Бренна принесла коню овес, — Хорошо, — отозвалась она, глядя на него краем глаза и удивляясь столь внезапному сочувствию.
— Может, тебе не хватало моей уютной постели? — осведомился он, лукаво блеснув глазами.
— Я обнаружила, что моя новая кровать нравится мне гораздо больше, поскольку не приходится ни с кем ее делить.
Гаррик подвинулся ближе и, пользуясь неожиданно веселым настроением Бренны, приподнял ее подбородок.
— Что заставляет тебя думать, будто сможешь спать в ней одна?"
"И прежде чем Бренна смогла ответить, его сильные руки притянули ее к своей груди, а жесткие губы впились в рот. Поцелуй оказался для девушки потрясением.
Но тут его язык, раздвинув ее губы, проник внутрь, и ощущения стали непереносимо острыми.
К собственному удивлению, Бренна обнаружила, что эта сладостная близость отзывалась в теле томительным наслаждением. Кровь застучала у нее в висках так, что закружилась голова и захотелось еще теснее прижаться к этому человеку.
