Нет, прилив желания он, как и оборотень, ощутил сразу же, как узрел принарядившуюся Злату. Но какое-то время ему удавалось балансировать на тонкой грани между восхищением, свойственным ценителям прекрасного, и томлением, присущим влюбленному мужчине. Но, когда танцующая девушка невзначай остановилась в паре шагов от него, бедрами нарисовала в воздухе восьмерку, прогнулась в талии и несколько раз дернула плечиками, заставляя подпрыгивать свои чудесные груди — маршал сломался и застонал, сжимая челюсти и кулаки. Его мужское орудие, скрытое плотной тканью брюк-галифе, одеревенело и превратилось в таран, которым, как ему в этот момент казалось, он мог бы пробить каменную стену…
Самым сдержанным оказался белобрысый эльф. Возможно, потому что родом он был из Фейтауна, и еще не забыл прозрачных нарядов эльфиек и их ритуальных танцев, которые эльфийский народ держал в глубокой тайне и никогда не показывал чужакам. Глядя на Златку, полностью отдавшуюся ритму барабанов, Дагрон невольно вспоминал другой день. Другую женщину, с волосами, подобными лунному сиянию, и нежными острыми ушками, которая двигалась так же красиво и соблазнительно, очаровывала, приковывала к себе взгляды двух молодых мужчин, младшим из которых был он, Даг. А старший… старшего больше нет — по вине той самой эльфийки.
Тряхнув головой, магистр темной магии задвинул болезненные воспоминания на задворки памяти. Дождался, когда отзвучит последний звук барабанной россыпи, а прекрасная танцовщица остановится, склонившись перед зрителями, заслонившись от них на пару мгновений каскадом золотистых волос. Выдохнул хрипло, догадываясь, что его разгоревшаяся страсть обречена остаться неудовлетворенной в лучшем случае до ночи, а может и дольше.
Златка выпрямилась, откинула за плечи чуть растрепанные пряди и обвела взглядом своих мужей и наставников. Они задвигались и заговорили все разом:
— Весьма необычно и очень женственно, я в восхищении! — мэтр Цисгрон.
— Обещайте, что не станете танцевать этот танец на королевском приеме, иначе к вам посватаются все мужчины, которые там будут, даже женатые! — сисса Флоксиния.
— Ты должна научить меня этому танцу, сестра! — Элизия.
— Лучик, ты гибкая, как лиана, и грациозная, как кошка! — поднимающийся с колен и полыхающий восторгом и желанием Ольгрон.
— Даже наши эльфийские женщины не сравнятся с тобой, Злата, — отчего-то хмурый и нерадостный Дагрон.