Книга о коррупции в России, где история разворачивается между реальностью и мраком бандитских локальных эшелонов. Страна переживает трансформацию: от заклятия коммунизма к скрытой легализации нелегального бизнеса. Криминал стремится впереться в власть, но рискует стать частью страшной смены....
Это для тебя новость! Для тебя!
Голос Женьки срывался, так она была переполнена информацией.
— Ну что у тебя, не тяни. Я только из парикмахерской, кофе еще не успела выпить.
— Ну ладно, скажу… Твой Ельцов вернулся. Ты чего замолчала?… Лен, а Лен? Тебе плохо?
— Мне никак, Женя. Ни плохо, ни хорошо. Только головной боли прибавится. Когда он вернулся?
— Сегодня утром.
— А как ты узнала?
— А мне один хмырь позвонил, он с его дядькой в одном доме живет. Гулял с собачкой, а твой с сумочкой топает к родному дому. Говорит, что выглядит классно.
— Спасибо, Жень, до вечера. Ты в Барвиху едешь?
— А как же.
— Вот там и поговорим.
Женя Губанова повесила трубку, посмотрела на сидящего в одних трусах на кровати мужчину.
— Ну что? — поинтересовался он, — задергалась?
— Судя по голосу — нет.
— Я Юрку Ельцова хорошо знаю, работал вместе с ним. Он парень крутой. Эта мочалка министерская его из своей жизни выкинула.
— Да уж, — Женька надела халат, — тебе кофе или чай?
— А пива нет?
— Как ты мне надоел, Игорь, ну нельзя же каждый день нажираться.
— Не преувеличивай, Женька, не надо. А зачем мы в пресс-центр поперлись? Ты же меня и потащила.
— Ты — алкаш, а я виновата. Будешь так пить, станешь импотентом.
— Ну, до этого надо дожить.
— Ничего, доживешь. Но ты подумай, у Ленки ничего не дрогнуло. Вот выдержка.
— Сука она, — сказал Игорь, — дело Юрки состряпано от начала и до конца. Помешал кому-то. А она даже передачи ему не посылала. Развелась, и все.
— Развелась! — крикнула из кухни Женька. — Да она же его обокрала.
— Как так?
Игорь натянул брюки, пошел на кухню. На столе стояли две банки финского пива «Свинолобов». Огромный дефицит, недавно появился в Москве.
— Где взяла, подруга?
— Где, где! В Караганде. Вчера у бармена для тебя, алкаша, выпросила.
— Вот за это я тебя и люблю.
— Только за это? — с внезапной грустью спросила Женька.
— Ты же знаешь, малыш. Пойду себя в порядок приведу.
Через полчаса Игорь, принявший душ, выбритый, благоухающий французским одеколоном, вышел к столу.
— Так что ты говорила насчет «обокрала»?
— А ты не знаешь? — Женька отхлебнула кофе.
— Нет.
— Она его выписала, а квартиру немедленно обменяла.
— Значит, парню и вернуться некуда? — ахнул Игорь.
— Это еще не все. У нее доверенность на его книжку была, она все денежки и сдернула. Шмотки его хорошие, которые он из-за бугра навез, фарцанула, а дерьмо всякое дядьке отдала. Добилась решения суда на раздел имущества и «Волгу» его толкнула за пятнадцать штук.
