На живописном мысу, окружённом чайками и превращающимся во время приливов в островок, стоял дом капитана. Его сердце жаждало моря, и он создал себе уютное убежище под солнцем, отдалясь от городской суеты. После смерти капитана дом перешёл к его дальнему кузену, но всё ещё не выветрился из души новоиспечённого владельца волшебная атмосфера этих мест и легендарный дух предков....
Нет, обычно она рано не вставала, и Глэдис Нарракот — так звали горничную — удивилась, найдя дверь открытой и увидев, что миссис Маршал спустилась чуть позже десяти часов. Это был совершенно исключительный случай.
— Миссис Маршалл всегда завтракала в постели? — спросил Уэстон.
— Да, сэр, всегда. Это был не очень плотный завтрак: чашка чая, немного апельсинового сока и сухарик. Как и большинство других дам, она соблюдала диету…
Нет, она не заметила ничего необычного в поведении миссис Маршалл.
— Что вы думаете о ней? — вкрадчиво спросил Пуаро.
Она смутилась и недоуменно взглянула на него.
— Да разве мне об этом судить, сэр? — застенчиво ответила она.
— Нет, вы должны об этом сказать. Нам очень интересно знать ваше мнение.
Глэдис обратила свои умоляющие глаза на начальника полиции, который старался сделать вид, что одобряет вопрос Пуаро, хотя в глубине души он находил методы своего иностранного коллеги довольно странными.
— Да-да, Глэдис, — подтвердил он. — Это нас интересует.
Пальцы горничной нервно теребили ткань набивного платья.
— Ну, если вам угодно… Миссис Маршалл… не была настоящей леди. Вы понимаете, что я хочу сказать? Она больше походила на актрису.
— Но ведь она и была актрисой, — заметил Уэстон.
— Вот я тоже и говорю, сэр. Она всегда делала, что хотела. Если ей не хотелось быть вежливой, то она себя не утруждала.
— Мне бы не хотелось задавать вам этот вопрос, но он для нас важен: какие отношения были у нее с мужем?
Глэдис Нарракот заколебалась и в свою очередь спросила:
— Вы же не думаете, сэр, что… это он ее убил?
— А вы? — живо спросил Пуаро.
— Никогда в жизни! Он такой воспитанный джентльмен! Да чтобы капитан Маршалл сделал подобную вещь? Ни за что в жизни! В чем, в чем, а в этом я уверена!
— Да, но вы не абсолютно уверены в этом! Я слышу это в вашем голосе…
— Я знаю, — смущенно произнесла она, — о таких вещах пишут в газетах.
