Жизнь Кости Денисова резко меняется после одного события, которое ставит его перед необходимостью защищать тех, кого он презирал. Он оказывается в безумной реальности, где злобные пожелания воплощаются в реальность, и ему приходится общаться с неприятными созданиями.
Раздел Chitat.online для книги «Злобный рыцарь (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Жизнь Кости Денисова резко меняется после одного события, которое ставит его перед необходимостью защищать тех, кого он презирал. Он оказывается в безумной реальности, где злобные пожелания воплощаются в реальность, и ему приходится общаться с неприятными созданиями.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Мария Александровна Барышева Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Жизнь Кости Денисова резко меняется после одного события, которое ставит его перед необходимостью защищать тех, кого он презирал. Он оказывается в безумной реальности, где злобные пожелания воплощаются в реальность, и ему приходится общаться с неприятными созданиями.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
- Детка, - Костя покосился на поверженного Эдика и снова уткнулся взглядом в дверную ручку, превращенную в орудие пыток, - папа в шоке.
В этот момент он вспомнил про Руслана, который беззвучно открывал и закрывал рот, и в тот же момент у щекастого хранителя включился звук.
- Эт-та... - сказал Руслан и возмущенно указал на своего флинта, - эт-та... Эт-та как?!
Аня, перескочив через лужу, метнулась к двери, Костя прыгнул вперед, обгоняя ее, и тут Руслан высоко подпрыгнул и, уцепившись за ободок светильника, заверещал оттуда:
- Так нельзя! Когда флинт без сознания - нельзя! В одном же коллективе... это кодекс!
Костя, у которого слово "кодекс" не вызывало ничего, кроме раздражения, собрался было сигануть следом, но тут Аня, проворно содравшая с ручки толстый резиновый жгут, в котором были закреплены швейные булавки, стремглав кинулась в каморку, и Денисов, бросив Руслана на светильнике, помчался туда же. Аня уже стояла в дверном проеме, удивленно выглядывая в коридор, и Костя был вынужден признать, что на сей раз выражение лица Лемешевой удалось мастерски. Тут в предбанник выскочили Гриша, Влад, Галина и Таня, с трудом скрывавшая злорадство
елки, да они ж заговорщицы!
а следом неожиданно выплыл Тимур с восседавшим на его плече аккуратненьким Аркадием.
- Что это тут сейчас вот? - спросил товаровед. Аня пожала плечами.
- Наверное, паки упали. Мне показалось, кто-то кричал...
- Но мы ж все ж... - товаровед осекся, и тут Тимур издал низкий рыкающий звук и, отпихнув родственника, ринулся в коридор. Аркадий слетел с его плеча и смешно затрусил следом.
- Уже? - жадно спросил Гриша, но тут же узрел под потолком Руслана и разочарованно поджал губы. - У-у, я-то думал...
- Беспредельщики! - взвизгнул щекастый, пока не решаясь отпустить светильник - и только ткнул в Костю указательным пальцем свободной руки. - И ты, и твой флинт! Вы ж чуть не убили меня... его... меня!.. вы...
- Ах ты ж, твою мать, урод! Ты мне что обещал, козлина! - раздался из подсобки оглушительный рев Тимура, мгновенно переведя взвизги Руслана на уровень шепота. - А ну вставай! - к требованию добавился звук оплеухи. - Вставай, пьянь! Ну все! Ну все!..
Аркадий тоже исчез в каморке, и в паузах ругани флинта протекли его причитания:
- ...да как же... три пака... самый спрос... опять заказывать... убытки... а они ж только по средам...
Прочий венецианский персонал начал тихонько подступать к подсобке. Тут из нее выглянуло багровое от бешенства лицо Тимура и заорало:
- Идите работайте! Я хочу, чтоб вы занимались делом! Не ходить сюда!
После этих слов, разумеется, прибежала даже Вика, бросив товар и покупателей. Хранители и флинты сунулись было в подсобку и тут же брызнули в разные стороны, когда Тимур выволок из нее за шиворот упирающегося Эдика, вымоченного в вине с ног до головы.
