Его не обманешь красивыми словами и спектаклем. Пока ты действительно не привяжешься к своему флинту и не начнешь хранить его по-настоящему, поводок никуда не денется.
- Да как же я... - Костя красноречиво указал на Лемешеву, вновь дымившую сигаретой в своем кресле.
- А вот это уже исключительно твоя проблема! В этом тебе никто не поможет!
- Она могла бы и вовсе оказаться мужиком! - раздраженно отрезал Георгий. - Вот почему нет никаких сексуальных потребностей! Нужно оценивать человека по его духовным качествам, а не по длине ног и форме носа. Нужно суметь увидеть в нем что-то... Вот например, ты любишь собак? Милые, веселые, забавные существа...
- Ну, тогда я и не знаю, что тебе посоветовать!
- Уж не хочешь ли ты сказать, что для хранителей их персоны - как домашние питомцы, - Костя, не представляя Георгия препятствием, осторожно прикоснулся пальцем к его плечу. - Можно я буду называть тебя Жорой?
- Если ты хоть раз назовешь меня Гошей, то получишь в ухо! - пообещал наставник.
- Может, мне тогда называть тебя Ростиславом?
- Я сейчас пойду домой, а ты будешь сам разбираться со своими проблемами!
- Жора, - примирительно сказал Костя, на сей раз легко ткнув пальцем в гимнастерку наставника чуть выше медалей.
- Не смей меня трогать! - мрачно предупредил Георгий. В этот момент Аня пробежала мимо них, хлопая задниками тапочек. Костя, сосредоточенный на наставнике, пропустил этот момент, за что был немедленно наказан - его рвануло, швырнуло на пол и потащило в сторону кухни. Денисов проехал на спине метра два, остановился рядом с дверью ванной и, глядя в потолок, свирепо сказал:
- Мне начинает это надоедать!
- А ты не зевай! - Георгий хохотнул без всякого сочувствия. - Приноравливайся к своему флинту, наблюдай за ним... иначе я представляю себе твои перемещения по улице!
- Я не хочу идти на улицу, - мрачно объявил Костя, поднимаясь.
- Опаздываю, опаздываю!.. - Лемешева снова пробежала мимо него - на сей раз в спальню. Костя поспешно ринулся следом и остановился на пороге, глядя, как Аня роется в груде одежды на стуле.
- Сейчас опять наденет на себя какое-нибудь отвратительное тряпье! - буркнул он. - Откуда такое невероятное отсутствие вкуса?! Она одевается, как пожилой дворник! Я, конечно, понимаю, что в ее фигуре особо подчеркивать нечего...
