Хоть я и раннее призналась в том, что почти все кусочки мозаики собраны, ритуал так и оставался «темной лошадкой». Я о нем не знала ровным счетом ничего, кроме как, что там драконы, а так же мое тело играли важную роль.
Судья стучит молотком, призывая всех к тишине, и начинает зачитывать обвинение.
— Леди Афина онди ан Валирио, Хлоя онди ин Балео и Элиана онди тан Дариша, прошу вас встать!
Переглянувшись, мы не смеем перечить судье и послушно встаем. Тот начинает зачитывать дежурные фразы, о том, кто сейчас ведет суд, имена присяжных, о том, какой этот суд, и наконец доходит до причины суда, а именно, до обвинений.
— Каждая из вас имеет м-м-м… весьма заслуженный список преступлений, и прямо сейчас я зачитаю его. Леди Афина онди ан Валирио, вы, получив от родителей право на лечебницу, под видом выращивания лекарственных трав вы организовали незаконную торговлю растениями, которые запрещены на территории империи. Так же вы обвиняетесь в пренебрежении собственной клятвы, данной Святой Деве, суть которой стоит в том, что вы были обязаны заботиться о больных из третьего сословия нашей страны, который не могли оплатить или позволить себе лечение, и присваивали все деньги, выделенные на лечение граждан, себе. И… еще вам предъявляют обвинения в организации травли невесты его высочества, Евелики онди тан Юрио, а так же попытки организовать отравление на почве ревности.
— Я не… — попыталась возразить подруга, и судья вскинул руку, останавливая ее. В его глазах не было презрения, лишь строгий взгляд, и некая просьба не вмешиваться, чтобы не сорвать план.
— Не говори ничего, — прошептала я. — Помнишь, мальчики говорили, что нам лучше молчать. И не срывай план.
— Знаю, — вздохнула дочь герцога. — Но мне… так противно слышать столь гнусные обвинения в свою сторону.
Я ободряюще сжимаю ее плечо, и прислушиваюсь к списку преступлений Хлои.
— Леди Хлоя онди ин Балео, вам предъявляют обвинения в мошенничестве с ювелирными изделиями, их продажей их широкому кругу аристократов, так же даче различных взяток с целью незаконного присвоения земель города, которые несут в себе историческую ценность.
— Вот как растолковывается моя благотворительность построить дома беднякам… — шепотом саркастически фыркнула дочь маркиза, и стала демонстративно обмахиваться веером. — Впрочем, неплохо. Вполне горжусь собой.
— Ты странная, — хмыкнула Афина, продолжая слушать список Хлои, который теперь касался различных мелочей, вроде торговли опасными артефактами, а так же укреплению различных связей с преступным миром ради получения редких предметов, имеющих историческую ценность. — Гордиться преступлениями…
— Ну должна же я видеть плюсы в своей жизни.