— Тогда я соглашусь, но сразу озвучу плату!
Мужчины заметно обрадовались моим словам, и даже упоминание платы их ничуть не насторожило. Наивные!
— Конечно. Что ты хочешь, Берия?
— Хочу…право просьбы каждому из вас! Просьбы, в которой вы не сможете отказаться!
Ага, теперь мне нравятся ваши кислые лица! Прямо бальзам на израненную душу! Все, теперь можно увольняться!
— Мы согласны, — улыбнулся понфик, и сразу получил шквал недовольных восклицаний от молодых людей.
— Пап, ты совсем с ума сошел!? Ни за что!
— Только через мой труп, — буркнул маг.
— Я на такое не подписывался, — покачал головой Андрес.
— Тогда Элиана спокойно уволится и вернется домой, — усмехнулся святейший, и неожиданно протянул мне тарелку с нарезанными сладкими экзотичными фруктами, политые вареньем и кремом.
Не знаю, кто заказывал это, но… Понфик, я обожаю вас! Фрукты я любила, особенно сладкие.
— Ладно, мы согласны, — произнес полубог, причем с таким лицом, словно, попытайся я озвучить просьбу — сразу же убьет. Недобрый оскал Арвила настораживал. А вот спокойный и невозмутимый Андрес пугал. Из всей четверки мне теперь было страшно ему озвучивать просьбу.
Поспешно съев десерт, я призадумалась:
— Я не выдержу так много работы в столь позднее время.
— Здесь ты можешь не волноваться. Я договорюсь с мадам Юной и оплачу твои выходные дни.
— Разве такое возможно?
— Нет, но святому понфику сложно отказать. Да и мадам Юна всегда с заботой относилась к своим людям, так что, думаю, проблем не будет.
Понфик удаляется, чтобы поговорить с владелицей хост клуба. Полубог, взглянув на меня, усмехнулся, закатив глаза.
— Только не говори, что ты уже влюблена в моего отца!
— Вполне возможно. В отличие от вас, он вежливый, и очень заботливый.
На мою колкость все предпочли промолчать. Мужчины приступили к еде и алкоголю, а я со скучающим видом стала рассматривать посетителей клуба. После сытного и позднего ужина хотелось спать.
Внезапно рядом со столиком появилась мадам Юна.
— Милая Берия, ты мне нужна. Давай отойдем на пару минут?
— К-конечно, мадам Юна, — бросаю недоуменные взгляды на мужчин и вернувшегося понфика, но те лишь пожимаю плечами, мол, не знаем, зачем ты ей.
— Берия, ты умничка, — похвалила женщина, когда мы отошли. — Тебя, чуть ли не на месяц расписали, а так же оплатили щедрые выходные. Вот, возьми, — мне протянули бумажку с датами. — Ты должна приходить только в эти дни.
