К тому времени, когда он завершил свой рассказ, вода в купальне стала горячей, а большое помещение наполнилось паром. Шен прислонился спиной к борту купальни и положил голову на прохладный камень. А забавно вышло с водой: он в самом деле был уверен, что заполнить купальню теплой водой могут лишь десяток слуг (или учеников), по ведру нагревающие воду на кухне. Ох, ему еще так многое предстоит узнать об этом мире, и он правда счастлив, что жизнь не кончена. Есть надежда. И у них все получится.
Осталось отыскать действенный способ раз и навсегда уничтожить Админа.
Шен опустился под воду с головой. Он проплыл еще круг и, вынырнув на поверхность, выбрался из купальни. С мокрых волос потоком текла вода, и он ощутил себя немножко Онэ. Хорошо, что последний выбрал своим новым местом обитания пруд лотосов, а не подвальную купальню. Шен задумался, как сложно было бы принимать ванну, каждый раз выгоняя отсюда озерного духа. Он почти веселился, воображая эту картину, и собственное веселье показалось ему ненормально-ярким.
Хозяин Проклятого пика сделал несколько шагов и почувствовал, как тело вконец утрачивает силы. Его зашатало, душный влажный пар не давал толком вдохнуть, и Шен ощутил, что ему не хватает свежего воздуха. Тело стало ватным и непослушным, он рухнул на влажный пол, прислонившись виском к холодному камню. Глаза защипало, должно быть он плохо смыл мыло.
— Все это правда, — пришлось тихо произнести ему вслух. — Я не спятил, я не спятил, я не спятил.
Муан показал печь, о которой Шен сам не знал!
Но что, если он подсознательно давно догадывался, что она может быть там?
Тонкими струйками, смешиваясь с каплями воды, по спине струилась кровь. Корочка на ранах отвалилась, когда он с силой тер щеткой тело, и теперь обнажившиеся рубцы выглядели ярко-розовыми и воспаленными.
— Все хорошо. Это не может быть моим воображением, — еще раз повторил Шен.
Все, произошедшее внизу, казалось волшебством. И самым волшебным было то, что Система к нему вернулась, а Муан получил шанс вернуться.
Это правда. Все так и было. У него бы не хватило воображения все это придумать.
Он не может признаться Муану и Системе, что его приступами охватывает паника сомнений. И почему он раньше никогда не сомневался, что видит реальных призраков? Теперь он отдаленно понимает чувства Муана, когда тот сомневался в его душевном здравии.
А впрочем, не к лучшему ли это? Если переговаривающиеся между собой Муан и Система реальны — это просто прекрасно.