Шен немного опешил и тут же захотел высмеять его ответ и уточнить подробности, как все так складно вырисовывается в его голове. Как тот факт, что он сам даже не присутствовал в замке, когда Рэн попался на удочку Глубинной тьмы, соотносится в его мозгах с Шеновым «хитрым планом»? Но Шен одернул себя. С Рэна станется обвинить его во вселенском заговоре, а сейчас разговор не об этом.
— Это не так, но разубеждать тебя я не намерен. Думаю, ты и сам способен понять, что я — единственный человек, способный тебе помочь. Я заинтересован в этом не потому, что я такой великодушный, а потому, что Глубинная тьма — это моя ответственность.
Рэн с сомнением поглядел на него, однако такая аргументация его успокоила. Удовлетворенный результатом, Шен продолжил:
— Пока ты «отсутствовал» в прошлый раз, я раздумывал над тем, как сдержать силы Глубинной тьмы, хотя бы пока не вернемся в орден.
Шен замолчал, проверяя, насколько внимательно слушает его Рэн. Тот смотрел на него, не моргая.
— И нашел способ, — продолжил Шен, улыбнувшись, и провел пальцами по охватывающему его шею ошейнику. — Он блокирует способности выше определенного уровня. Я сам его надел, чтобы ты увидел, что это безопасно. Впрочем, если бы я хотел просто от тебя избавиться — у меня был бы тысяча и один способ, как это сделать, не прибегая к таким уловкам.
Последнее он зря добавил — теперь Рэн смотрел на него с ужасом.
— Кхм… Рэн, я не пытался тебе угрожать. Я просто объясняю.
Рэн отвел взгляд и сделал глубокий судорожный вдох. Он долго молчал, но затем все же тихо, почти неслышно произнес, не глядя на Шена:
— На самом деле я знаю, что ты всегда меня щадил.
Шен удивленно изогнул бровь в немом вопросе, но Рэн продолжил, не глядя на него:
— Я имею в виду, меня всегда раздражало, как ты отмахиваешься от меня, очевидно, не считая достойным противником. Конечно, так оно и есть: я никогда не был тебе противником.
Шен опешил, не зная, что и ответить. Рэн, безусловно, был прав, но согласиться с его словами было бы чересчур грубым. Порадоваться, что старейшина пика Росного ладана наконец прозрел и осознал свое место? Похлопать его по плечу и признаться, что не ожидал от него такой проницательности?
Вряд ли хоть что-то заставит Рэна приободриться, а ничего другого просто не приходило на ум. Лучшим его решением было смолчать.
