В Пресветлой академии мирно царит светлое и радостное равновесие, пока неожиданно тьма не погружает студентку боевого факультета в хаос. Эльза ощущает себя чужой среди своих, когда внезапно подбежал ее оппонент на третьей скорости, одетый нелепо и с невероятной яркостью....
Этот наглый маг, этот светлый аристократ, он что вообще себе позволяет?
Я ему кто – плюшевый медвежоночек, чтобы мной ни с кем не делиться?!
– Он дал тебе свою защиту, – пыталась урезонить меня Фредерика, пока я, кипя от злости, терзала завтрак.
– Пусть засунет ее себе туда, откуда вынул, – огрызнулась я.
Сидящие вокруг нас за соседними столиками как будто невзначай притихли и слушали, слушали.
– Что, очень интересно? – рявкнула я. – Лучше следите за тарелками, пока злая ведьма не влила туда зелье острого поноса!
Народ оказался понятливый и демонстративно отвернулся.
– Эльза, – укоризненно покачала головой Фредерика, – он же хочет как лучше.
– И кому тут лучше?! Мне теперь всю жизнь с этим жить! Как я замуж выйду с такой историей?! – перешла я на крик.
– Легко, – ответил Крейг, присаживаясь рядом.
– Уйди с глаз моих, – простонала я.
– И не подумаю, – парировал светлый, принимаясь за свою еду. – И перестань стенать на всю столовую. Моего авторитета хватит, чтобы никому и в голову не пришло сплетничать о тебе.
– Как будто у тебя есть действенный способ заткнуть все рты разом, – огрызнулась я.
– Есть, – уверенно ответил Алекс."
"– Не поделишься? – со всей возможной иронией спросила я.
– Обязательно поделюсь, – согласно кивнул он. – Но попозже.
– Тебе не жить, – пообещала я.
Крейг посмотрел на меня как-то подозрительно весело и заявил:
– Шаттер, ты такая милаха, когда злишься!
О-о-о, Темнейший Княже, дай мне сил не прибить этого светлого мага.
Я демонстративно кинула приборы в поднос, сдернула салфетку и встала из-за стола.
– Неприятного тебе аппетита, Крейг. Чтоб давился каждой крошкой!
И, полная гнева, я покинула столовую.
47
За всеми этими прекрасными насыщенными событиями я чуть не забыла про защиту доклада по истории. Шла я на пару в гордом мрачном одиночестве, прижимая к груди папочку с листиками. Доклад был готов, и если бы это была просто письменная работа, я бы вообще не переживала.
С другой стороны, ну что я теряю? Несколько минут позора у доски, и в худшем случае не изменится ничего. А в лучшем – хотя бы не придется слушать этого занудного старикашку.
– О, Шаттер, рад вас видеть, – проскрипел историк. – Вы помните, какой сегодня день?
– День, когда я получу зачет по вашему предмету, конечно же, – мило улыбнулась я.
