Свадьба госпожи должна была быть достаточно церемониальной, и вместе с тем главная жена не желала делить с ней один статус и признавать ее равной. Во всяком случае, так нам сказал человек, что пришел сделать заказ. Его приняла ткачиха Ци, и до сих пор именно она несет главную силу проклятья. Все мы помогали ей, не зная деталей. Мы славились как мастера, что благословляют одеяния. В наших одеждах молодых ждала благополучная и здоровая долгая жизнь. Но в тот раз мы поступили по-иному. Мы прокляли свадебный наряд. То, что случилось после — это наше проклятье.
— Что случилось?
— Проклятье сработало, и госпожа умерла. Деньги, что оказались в нашем распоряжении, не принесли нам счастья. Вскоре люди из деревни стали умирать один за одним, пока в живых не остались лишь мы пятеро — те, кто так или иначе был причастен к проклятым одеяниям. С тех пор мы не живем, но и умереть не можем. Я первая устроила посмертный брак для своей умершей дочери. С тех пор мы похоронили таким образом всех молодых. Это поможет им обрести покой в загробной жизни. Мы так виноваты перед ними. Они не должны были умирать так рано.
Слушающий рассказ Муан криво усмехнулся.
— Хань Синь приехала в деревню, потому что хотела разобраться в этой истории? — спросил император.
— Именно так. Она спрашивала обо всех, с кем нам довелось встретиться накануне тех давних событий.
— И вы назвали ей имена?
— Мы рассказали все, что знали. Ведь нам нечего скрывать. Мы никогда не отрицали, что виноваты в смерти наложницы Гуин. Хотели бы мы не создавать тот проклятой наряд.
На мгновение во внутреннем дворе воцарилась мертвая тишина. Затем император переспросил:
— Наложницы Гуин? — И голос его звучал странно надтреснуто.
Из-за этого тона Шена тут же посетила догадка, кем на самом деле являлась наложница Гуин для нынешнего императора.
Лицо мастерицы Йе помрачнело, хотя до сего момента она выглядела довольно самоуверенной."
"— Мы не знали о том, кому именно предназначается наряд. Вести о том, что произошло, донеслись до нас незадолго до того, как на деревню опустилось проклятье.
Император молча смотрел на старуху. Никто долго не комментировал ее слов, и Шен не выдержал и вмешался, думая, что если он не выскажет эту мысль, все, похоже, не сочтут это чем-то важным:
— Вы не знали, кто именно пострадает от наряда. Однако вы прекрасно понимали, что станет с тем человеком, что наденет его.
Мастерица Йе перевела на него пристальный взгляд.
— Да, — спустя время коротко признала она. — Пусть мы не знали деталей сделки в самом начале, к концу приготовлений каждый из нас догадался о происходящем и мы обсудили детали своего… вознаграждения.
Шен криво усмехнулся.