Однако нечто настойчиво не давало ему смириться и покинуть поместье, поэтому он продолжал сидеть за столиком, упорно притворяясь, будто не чувствует никакой неловкости.
Шен поднялся.
— Ал, Аннис, идемте за мной.
Ученики в один шаг оказались возле него. Шен решил, что самое время подробнее изучить то зеркало, являющееся в его снах. И, вероятнее всего, для этого ему понадобятся люди, обладающие духовной силой. Теперь, когда Муан находится в поле видимости и не нужно больше волноваться о причинах его исчезновения, он чувствовал, что может полностью сосредоточиться на деле.
Когда Шен заворачивал за угол, идя по террасе, навстречу ему неожиданно вынырнула служанка. Видимо, она куда-то спешила, потому что не смогла вовремя затормозить и врезалась в него. Шен поддержал ее под руки, помогая выровнять равновесие, и почувствовал, что какая-то иголочка с ее платья колется через одежду. Встав прямо, служанка залилась краской смущения и принялась кланяться и просить у господина прощения.
— Просто будьте осторожнее в следующий раз, — улыбнулся ей Шен.
Служанка еще раз поклонилась и быстро бросилась прочь даже не в ту сторону, в которую первоначально направлялась. Шен проводил ее взглядом.
Белая дверь вновь была закрыта. Шен толкнул ее с четким осознанием, что, если та не поддастся, он немедленно попросит Ала выбить ее. Однако дверь открылась от легкого прикосновения. Шен медленно зашел в пустое помещение. На полу все еще были видны засохшие разводы крови Риту и линии печати призыва. И печать, и кровь зеркально отражались от поверхности большого старинного зеркала.
— Ждите здесь, — кинул Шен ученикам, а сам медленно подошел ближе.
Он остановился, не дойдя до зеркала, встал так, чтобы не отражаться в нем. Он долго смотрел на облезшую раму, старую поверхность зеркала, всю испещренную изъянами. Почему-то сделать следующий шаг было тяжело. Шен нагнулся вбок и заглянул за раму, но там не было совершенно ничего необычного. Тогда он все же сделал следующий шаг, приближаясь. Медленно поднял руку, смотря, как его пальцы постепенно сближаются с пальцами отражения. Он смотрел на руку, все еще не решаясь перевести взгляд на зеркало, пальцы дотронулись до холодного стекла, и Шен медленно поднял взгляд. Он смотрел на свое отражение. Длинные волосы закрывали часть его лица, бледная кожа в приглушенном дневном свете, льющимся из открытой двери, казалась болезненно-сероватой, а глаза… он сам на мгновение дрогнул, взглянув в них. Зрачки были так расширены, что почти закрывали радужку. Две черные бездны уставились прямо на него. Две черные предельно уставшие бездны. Казалось, никакой сон не сможет стереть из его облика эту усталость.
— Это зеркало видело… — вдруг услышал он женский голос и резко обернулся.