Связь с Муаном разрушена? Почему-то, только увидев пилюлю, он подумал, что его золотому ядру конец, что стоит ему принять ее — как тьма поглотит его целиком. Но вот он все еще здесь, в относительно здравом уме. Расцарапанное плечо саднило, нижнее одеяние неприятно прилипало к разодранной коже, но эти ощущения приводили его в себя, словно одергивая, напоминая, что ему следует лучше себя контролировать. Сейчас он думал о том, насколько странной могла показаться Муану та его реакция. Но он ходил по грани. И если задумывался чуть глубже необходимого, вновь начинал чувствовать, что тонет.
Стараясь отвлечься от мрачных мыслей, Шен зашагал к комнате Риту. Он решил попытаться незаметно пробраться к ней через сад. Да, конечно, негоже «великому дяде Шену» пробираться по кустам к своей внучке, но если он останется незамеченным, то и не будет уличенным в непотребствах. С этими мыслями Шен стал красться через сад.
Свечи в комнате Риту еще горели, а внутри оказалось оживленно. Шен застыл за кустом азалии, став невольным свидетелем перебранки.
На Риту кричал отец.
— Не хватало мне проблем с Шаолом и этой его «любовью всей жизни», так еще и ты мне нервы треплешь! Какого демона ты в пятнадцать лет так зациклена на каком-то монстре? Я уже не раз говорил: это все твои детские фантазии! Но ты уже не ребенок, Риту! — Шитан резко замолчал, затем вздохнул и продолжил измотанным голосом:
— Я устал. У меня на службе хватает забот, так еще и дома постоянно я выслушиваю одни лишь претензии. Мои дети никак не повзрослеют! Никак не могут понять, где благо для семьи, а где придурь!
— Отец, но монстр!.. — начала Риту, но Шитан ее оборвал.
— Заткнись. Заткнись, слышишь? Не смей больше и слова вымолвить про монстра в этом доме. Ты будешь сидеть в этой комнате, пока, наконец, не образумишься.
Произнеся это, он развернулся и ушел прочь. Шен видел его тень за просвечивающейся створкой. Стоило Шитану уйти, как он тихонько приоткрыл дверь, ведущую во двор.
— Великий дядя? — тут же встрепенулась Риту.
— Прости за такое вторжение, я боялся, что твой отец меня к тебе не допустит.
— Спасибо вам, дядя, — поклонилась девушка, стоило Шену зайти внутрь. — Я на самом деле очень вам благодарна. Если бы отец узнал, что на самом деле произошло, простым выговором бы дело не ограничилось.
— Да. И раз уж мне приходится утаивать правду от твоего отца, я бы хотел знать подробности. Что ты делала в комнате с белой дверью? Что за ритуал пыталась провести?
Риту смущенно кашлянула и жестом пригласила его присаживаться."
"— Я расскажу, — виновато опустила голову она. — Дело в том, что не могу перестать думать о монстре с красной лентой. Раньше я надеялась, что пройдет время, я все забуду, он сотрется из моей памяти как ночной кошмар.