Удовлетворение? Можно почувствовать от нее удовлетворение. Но радости не ощутить. Во всяком случае, я не смогу. Я не хочу обменивать свою жизнь на жизнь другого человека.
Муан молча смотрел на него. Он искренне пытался понять, что Шен имеет в виду, и с какими-то его фразами мог согласиться, но в целом отказ от мести Лефи за то, что она пыталась сделать, принять никак не мог.
— Я не жду, что ты поймешь мое решение. Просто прими его и не иди против него.
— Ты слишком добрый, — это прозвучало как плевок.
— Доброта здесь ни при чем, — возразил Шен. — Я — эгоистичный. Я смотрю в будущее и выбираю свою жизнь.
— Ничего страшного не случилось бы, уличи мы ее!
— Для тебя — возможно. Но я-то себя знаю: я не смогу не думать о последствиях, о том, к чему привело это решение, сколько жизней и судеб поменял мой поступок. Я… Возможно, я слишком высокого о себе мнения…
— Это не так.
— Думаешь? А вот я не уверен.
В комнате надолго воцарилось молчание.
— У меня свои планы на ее счет. И горячность туда не входит, — припечатал Шен. — Закончим на этом спор.
Муан вздохнул и сел на кровать.
Тут дверь отворилось, а в комнату зашел Шуэр. Увидев старейшину пика Славы, генерал застыл с угрожающим выражением на лице.
— А он что здесь делает? Разве я не запретил вам показываться на пороге моего дома?
Шен положил руку на плечо собирающегося подняться Муана и удержал его от этого, а затем повернулся к брату и широко улыбнулся.
— Шуэр, прости, но старейшина Муан — мой гость, ты не имеешь права его выгонять.
— Шен!
— Брошь, из-за которой все произошло, находится у меня. Винить следует тайного недоброжелателя, а не старейшину Муана. На самом деле, перед старейшиной Муаном нам следует извиниться. Он всего лишь принял наше гостеприимство, а в итоге оказался в такой неприятной ситуации.
Шен ожидающе посмотрел на брата, но тот напряженно молчал."
"— Нет? — продолжил Шен. — Тогда я извинюсь за двоих: старейшина Муан, — он развернулся к нему, — выражаю свои глубочайшие сожаления из-за того, что ненамеренно втянул тебя в столь неприятную историю. Думаю, никто не станет возражать, что вина в первую очередь лежит на мне. Не стоит искать посторонних виновников только из-за того, что я сам навлек на себя неприятности.
— Эй, Малявка! — возмущенно воскликнул Шуэр. — Не выворачивай все таким образом!
— Тогда не нужно так сильно акцентировать внимание на моей персоне! — огрызнулся Шен.
Шуэр оторопело смотрел на него. Кажется, в этом разговоре произошел некий логический коллапс, потому что невозможно продолжать здраво отвечать на подобные заявления.