Сразу за этим он почувствовал, как его нестерпимо клонит в сон, и опустился на подушки.
Шен поднес к губам пиалу, но прежде, чем сделать глоток, переглянулся с Муаном. Тот сделал вид, что пьет за его здоровье. Шен усмехнулся и тоже пригубил ароматный напиток. На вкус походило на очень сладкий османтусовый чай. Старейшина пика Черного лотоса лег на спину, ощущая, как сознание уплывает. Больше всего на свете захотелось спать.
Ал открыл глаза и увидел, что находится на пике Таящегося ветра.
«Как?!»
Опешив, Ал обернулся и заметил, что рядом с ним, глядя прямо на него, стоит учитель.
— Мы… Как мы здесь оказались? — спросил парень.
— Ты ведь сам позвал меня сюда, — чуть склонив голову на бок, удивленно произнес Шен.
Несмотря на то, что светило солнце, легкий снежок припорошил землю и был мороз, а Шен перед ним вновь стоял без своей теплой мантии. Он, должно быть, совсем замерз.
Ал почувствовал, что его плечи оттягивает тяжелая накидка. Он перевел взгляд на себя и увидел, что на нем надета черная меховая мантия. Сняв ее, парень сделал шаг к своему учителю и набросил накидку на его плечи, ощутив под ладонями легкую дрожь его тела.
— Спасибо, — легко принял этот жест учитель, с благодарностью глядя на него.
Сердце Ала затрепетало от этого взгляда.
Муан с удивлением взирал на качающиеся на ветру цветущие ветви сливы. Рядом с деревьями раскинулось озеро, заполненное цветущими лотосами. Солнце зависло над горизонтом, окрашивая мир в нежные розовые цвета. Оттенки розового, бледно-голубого и оранжевого наполнили взор Муана, и место выглядело неплохо, вот только никогда прежде он здесь не был. Разве можно было переместиться в место, которой даже не видел? Или дело не в месте?
Муан заметил беседку у края озера. Он медленно подошел к ней, уже зная, кого там увидит.
Старейшина пика Черного лотоса лежал на деревянном настиле у самой воды, мирно посапывая, подложив локоть под голову. За его спиной покачивались лотосы, сверху падали лепестки сливы. Один лепесток плавно спланировал и опустился на висок Шена. Тот этого не почувствовал, продолжая спокойно спать. Уголки губ Муана поползли вверх, когда он увидел эту умиротворенную картину. Похоже, незримый творец этого сна был прав: не важно, что это за место, пока Шен спокойно спит, отрешившись от всех забот, — Муан будет доволен и счастлив.
Старейшина пика Славы подошел к нему и присел рядом. Устремив взгляд на горизонт, где то ли садилось, то ли восходило солнце, затем он вновь перевел его на Шена, аккуратно снял лепесток сливы с его лица и положил себе в рот.
Ал протянул ладонь и взял учителя за руку.
— Идем, — произнес он, и Шен, кивнув, последовал за ним.
Они шли по дороге, припорошенной снегом, когда ее заступила толпа разбойников.