— Ничего страшного, — произнес он. — Не нужно готовить, это ни к чему. — Он посмотрел на Ала. — Приберешь здесь все?
— Конечно, учитель! Простите, учитель! — неистово качая в поклоне головой, воскликнул тот.
Этот поклон хорошо скрывал удовлетворение в глазах ученика.
— Тогда я пойду.
— Хорошо отдохните, учитель!
Когда Шен вышел из кухни, Ал собирался было смести все булочки и выкинуть в ведро, но остановился и, прежде чем сделать это, нашел наименее грязную и откусил чистый бочок.
Это была самая невкусная паровая булочка с мясом в его жизни. Ал выплюнул и с досадой подумал, что стоило позволить Шену накормить ими мастера Муана, чтобы тот сдох.
Шен вышел из кухни и посмотрел на паровую булочку. Одна-единственная, теперь она была настоящим сокровищем, которое он хотел вручить Муану в награду за тяжкие труды. Ведь в конце концов реально странно, что он все еще терпит его даже после всего, что узнал о нем. Муан очень… очень-очень терпеливый человек.
Шен поднес булочку к носу и понюхал. Пахло вроде бы точно так же, как все те булочки, что продаются на улицах.
Несмотря на то, что дворец фейри был довольно велик, а Шен за день блуждания по коридорам не мог запомнить всех поворотов, по серебряной нити, тянущейся в пространстве, он легко отыскал дорогу назад. Пока готовил, Шен в какой-то момент совсем потерял счет времени и сейчас уже не был уверен, раннее ли утро или все еще ночь.
Муан полулежал на диване, свесив ноги на пол, и дремал. Шен задумчиво застыл на пороге и вдруг осознал, что идея с булочкой — это очень тупо. Если бы еще их было много, можно было бы как-то отшутиться, но одна? Он что, школьница, ждущая Валентинов день, чтобы вручить своей пассии шоколад?
Но это «примирительная» булочка, никакой романтики! Не слишком ли тупо будет предложить в знак примирения эту булочку? И не полетит ли эта булочка в него?
Шен тихо прошел в комнату и положил булочку на столик перед Муаном. Сам он отошел как можно дальше — сел в далекое кресло, стоящее в углу у стены, и принялся ждать. Решив, что самоудалился от булочки достаточно, чтобы не быть уличенным, он вздохнул с облегчением. Подперев голову рукой, он стал наблюдать как вздымается в такт вдохам грудь старейшины пика Славы."
"Муан пока не подавал никаких признаков того, что собирается проснуться. Шен подумал, что, может, стоило положить булочку ему на грудь? А то вдруг он проснется и не заметит ее. Разные дурацкие мысли лезли ему в голову, пока он сидел и ждал. Прошел час, начался другой, и Шен все-таки уронил голову на подлокотник и расслабленно засопел.
Муан проснулся в таком же плохом расположении духа, в каком и засыпал. Он угрюмо уставился в потолок, ни о чем толком не думая, но продолжая чувствовать себя крайне подавленно.