— Я… добровольно отдаю года своей жизни взамен на жизнь этого человека!
Шен услышал довольное утробное ворчание после того, как выкрикнул положенную фразу. Лозы сжались на его теле сильнее, и он почувствовал, как острые шипы пробивают кожу, но в следующее мгновение пространство озарила вспышка ослепляющего света и Шен ощутил, что лозы на его теле ослабли. Сила отбросила его на землю, а вперед выступил человек, за спиной которого распускались цветы магнолии.
Затем он сказал ту же фразу, и лозы набросились на него.
[Завершена второстепенная арка «Наперегонки со смертью»! Главному герою Шену начислено +100 баллов! Продолжайте стараться!]
Ветви колыхались над головой, сквозь листву пробивался солнечный свет. Шен не знал, сколько времени пролежал так, мысли путались, тело отказывалось повиноваться, а сердце глухо всполошенно стучало.
И тут в поле зрения вплыл силуэт. Шен сфокусировал на нем расплывающийся взгляд и увидел своего родного, старого-доброго, ВЗРОСЛОГО Муана.
Уголки губ хозяина Проклятого пика приподнялись, а золотые сполохи в черных глазах казались огненными искрами, обдающими волной жара.
Эта ситуация была немного похожа на другую, в которой они уже оказывались, но на сей раз Муан не собирался повторять былых ошибок.
Наклонившись, он накрыл его губы поцелуем. И тут же почувствовал ответ.
Глава 136.2. Новый красный
Настоящий, взаимный поцелуй. Стоило чуть не умереть, чтобы получить его.
Инстинктивно Муан запустил одну руку в его волосы, а вторую под поясницу, прижимая к себе сильнее, и почувствовал, как губы Шена расплываются в улыбке.
Смешавшись, Муан попытался отстраниться, чтобы посмотреть на него, но Шен подался вверх, не давая ему это сделать и не прерывая поцелуй. Мгновения растянулись, и ему казалось, так может продолжаться вечно. Всего несколько минут назад он сгорал от ужаса за жизнь Муана, а сейчас отвечает на его поцелуи. И пока длится этот поцелуй, пока чужое жаркое дыхание сливается с собственным, Шен знает, что это не сон.
Никогда прежде в его жизни поцелуи не имели такого всепоглощающего значения.
— Может, прерветесь, наконец?! Какое бесстыдство!
Шен нехотя обернулся на голос, все еще пребывая в состоянии эйфорического блаженства, только сейчас вспомнив про человека, вставшего между ним и демоном.
«Ну почему в такие моменты рядом обязательно кто-то оказывается?!» — мысленно взвыл Муан, тоже оборачиваясь.
Они смотрели на старика-отшельника. Его корзина с магнолией валялась в стороне, а сам он, выпрямившись во весь немалый рост, глядел на них крайне неодобрительно, уперев руки в боки.
Шена больше занимала мысль, что его губы слегка опухли от поцелуев. Это было такое странное ощущение.
Надо было, наверное, поблагодарить старика, но все мысли уходили не в ту степь.