В "Зло" Вещий сон читатель погружается в мир юного конюха, который безоговорочно подчиняет девочку на лошадь во время дружеского пикника. События разворачиваются стремительно, и каждая следующая встреча лишь усиливает сомнения о том, что Мальв - не просто друг, а может быть даже предводитель черной сети, к которой она привязывается....
В таких условиях о доверительной беседе и речи не шло, а обмениваться вежливыми фразами не было желания ни у жениха, ни у невесты.
Тиль осторожно вглядывалась в лицо Арвендуса, когда он опускал голову или переводил взгляд на одного из своих друзей, подходивших к нему с поздравлениями. Она пыталась понять, что за человек станет её спутником на долгие годы, но так и не пришла ни к какому определенному мнению.
Венд прекрасно замечал эти взгляды, и сам рассматривая девушку, чей вид никак не соответствовал тем слухам, что на него вывалила Эноиса.
“А ей какая выгода от того, чтобы стать моей женой? Она могла бы выйти замуж за лорда, а тут я…” — задумчиво вглядывался в лицо девушки мужчина, давно отученный доверять женщинам.
Тиль снова покрывалась румянцем, замечая эти пристальные взгляды, с нетерпением ожидая окончания визита. Вот тут ей повезло. Ведь ночная проверка дворцовой стражи не прошла бесследно ни для кого из королевской свиты. Да и сами монархи тоже мечтали побыстрее вернуться в личные покои и хоть немного отдохнуть после бессонной ночи и беспокойного дня. А потому торжество не стали затягивать.
С трудом выдержав положенное время, чтобы не показать неуважения или немилости к хозяевам, королевская чета произнесла все прописанные протоколом напутствия молодым и отбыла вместе с кортежем, недвусмысленно намекнув остававшимся лордам, что пора и честь знать. Не привыкший к высоким приемам лойр Олвенус вряд ли справился бы с завершением вечера самостоятельно, что не было секретом для короля, взявшего на себя обязанности хозяина торжества.
Глава 27
Арвендус так и не смог понять, что за девушка досталась ему в невесты. Весь предыдущий опыт, собственный и позаимствованный у друзей, подсказывал, что рано расслабляться, поддавшись на демонстрацию слабости и показной скромности. Но и какой-то нарочитости в поведении Лантиль он не почувствовал, а своему чутью генерал привык верить.
