В "Зло" Вещий сон читатель погружается в мир юного конюха, который безоговорочно подчиняет девочку на лошадь во время дружеского пикника. События разворачиваются стремительно, и каждая следующая встреча лишь усиливает сомнения о том, что Мальв - не просто друг, а может быть даже предводитель черной сети, к которой она привязывается....
Глаза уже привыкли к темноте, деревья были прекрасно видны, а потому девушка рискнула сойти с удобной тропинки и свернула в чащу, побоявшись преследования."
"Через полчаса закололо в боку, дышать стало почти больно, да и туфельки, не предназначенные для лесных прогулок, почти не защищали ноги. Усталая и прихрамывающая Тиль брела по лесу, пытаясь разглядеть торчащие корни и ветки, о которые уже сбила свои стопы. Но не меньшую опасность представляли и ветки деревьев, так и норовившие стукнуть её по лицу.
Едва удержав вскрик — он мог выдать её, Лантиль с ужасом прислушивалась к ощущениям. Не хватало только сломать или вывихнуть ногу! Но из повреждений обнаружилось лишь порванное и испачканное платье. Из царапин на руках и ногах сочилась кровь, но раны оказались несерьезными, хоть и причиняли изрядное беспокойство.
— Кровь! — в голове окончательно прояснилось, видимо, пробежка по лесу и особенно недавняя встряска окончательно избавили Тиль от действия снотворного, туманившего разум.
И девушка наконец-то вспомнила казавшийся незначительным эпизод вчерашней встречи с женихом. Пока ждали навязанного Уллой чаепития, Венд успел вдеть в уши Лантиль маленькие и почти незаметные серьги-пусеты, в двух словах пояснив способ их использования. Всего-то и нужно было сперва активировать их кровью друг друга — что генерал осторожно проделал сразу же, уколов палец девушки кончиком кинжала.
Ну, хоть это она смогла вчера услышать и запомнить, слишком сбитая с толку поцелуями. Потому что дальнейшие действия жениха с кольцом прошли как-то мимо её сознания, подкидывавшего смущающие воспоминания. В любом случае, от неё требовалась самая малость, тем более, что крови сейчас достаточно.
Девушка провела пальцем по длинной царапине на руке и приложила собранную таким образом и почти чёрную в темноте капельку к серьге, ставшей очень тёплой, почти горячей. Сразу стало спокойнее на душе, она почти расслабилась… Но тут вдалеке послышались голоса, высокий тембр Мори не узнать было невозможно.
