В "Зло" Вещий сон читатель погружается в мир юного конюха, который безоговорочно подчиняет девочку на лошадь во время дружеского пикника. События разворачиваются стремительно, и каждая следующая встреча лишь усиливает сомнения о том, что Мальв - не просто друг, а может быть даже предводитель черной сети, к которой она привязывается.
Нет, Барфиниса вполне компетентна во всех вопросах, но всё же прибудет король… И королева! Мужчина может и не заметить каких-то промашек, а вот внимательный женский глаз обязательно остановится на каждой. А там, где таковые пропустит Её Величество, непременно начнут злословить её фрейлины…"
"Но вот уже и новое платье, расшитое множеством сверкающих камушков, надели на Лантиль. И замысловатую прическу украсили такими же сверкающими шпильками…
— На помолвку не принято надевать слишком вызывающие украшения, — в покои девушки незаметно вошла Барфиниса, окидывая внимательным взглядом наряд юной леди. — Мы с лойром Олвенусом решили, что лучше всего подойдет любимое колье твоей матери и небольшие серьги из того же комплекта.
В дверях показался дядюшка с с резной шкатулкой в руках. Приоткрыв её, Тиль чуть не расплакалась. Она почти не помнила родителей, оставшись сиротой в шесть лет, но лежащее на бархатной подушечке украшение мгновенно вернуло девушку в детство. Мама и правда часто надевала это колье, состоящее из двух рядов украшенных мелкими бриллиантами цепочек из белого золота, затейливо соединяющихся между собой короткими цепочками всё с теми же бриллиантами, образуя сетку. А в центре каждой такой ячейки располагалось по одному довольно крупному рубину каплевидной огранки. Красные капельки драгоценных камней свисали и с маленьких сверкающих сережек.
Лантиль вспомнила, как тянулась к этим капелькам, надежно удерживаемая папиными руками, как смеялась мама, откидывая голову, от чего колье и серьги искрились ещё сильнее и заставляли саму Тиль почти выкручиваться из объятий отца, чтобы добраться до заветных игрушек, привлекающих женщин с самого нежного возраста.
С трудом удержав навернувшиеся слезы, девушка вдруг подумала, а будут ли у них с женихом такие счастливые моменты. Да вообще, что он думает насчет детей. Её страшило скорое материнство, но ещё больше страшило то, что должно предшествовать этому. Всё, что описывалось в принесенных Морвенисой книгах, вызывало странную смесь ужаса и любопытства.
А вот лойр Олвенус и Барфиниса всё-таки прослезились, когда на Тиль надели украшения матери. Слишком уж похожа была сейчас девушка на почившую леди Ливиналь. И тогда Лантиль не смогла сдержаться, всё-таки заплакала, обнимая дядюшку и экономку. К счастью, Улла напомнила, что гости уже начали собираться, да и жених уже здесь, того и гляди появится Его Величество. И будет совершенно непочтительно заставлять себя ждать.
