В тени старых повозочных путей прячется загадочный трофей, будоражащий воображение и вызывающий подозрения у местных жителей. Вечерняя дымка над лесом лишь усиливает атмосферу зловещности вокруг этого необычного предмета, открывая тайны прошлого войны.
Во-вторых, как ни крути, а он инвалид — стопы нет по щиколотку. Стало быть, и отношение к нему со стороны советских оккупационных властей другое — более снисходительное. И в-третьих, ему помог комендант железнодорожной станции города Веспрем. Комендант в оккупационной зоне — это, сами знаете, сила, власть, возможности и все остальное.
— Согласен. Но эта версия мне не внушает доверия.
К постоянным метаниям и сомнениям Бойко Иван в последнее время худо-бедно приспособился. В паре с ним обычно работал Ефим Баранец — тот еще «подарок».
— Ну, в целом ты прав: коли определили в разработку версию, надобно для начала вычленить из нее все белые пятна. — Иван Харитонович допил свой чай. — Бери в помощники Ефима и вдвоем проверьте, каким способом капитан Хлынов доставил «Хорьх» в Москву.
— Сделаем, — кивнул Олесь.
— Вася, — повернулся Старцев к Егорову, — к тебе даже не поручение, а просьба.
— Я — весь внимание.
— Возьмите с Горшеней завтра утречком машину и навестите еще разок Хлынова.
— Ты забыл его о чем-то спросить?
— Нет. Скажи, мол, дело о розыске машины поручено вам. Игнат поснимает отпечатки, запчасти у сарая и прочее.
— Годится, — кивнул Егоров.
— Костя, ты завтра остаешься на телефоне.
— Понял, Иван Харитонович.
— Ну а мы с тобой, Саня, — хлопнул Старцев друга по плечу, — сейчас съедим еще по сухарику и отправимся к участковому инспектору, в чьем ведении Красностуденческий проезд.
— Помилуй, он уже давно спит!
— Ничего, разбудим…
Глава девятая
Венгрия, Будапешт — Гант 15–16 февраля 1945 года
Три сотрудника фронтовой контрразведки СМЕРШ копошились в той части бульвара, где случилась стрельба по проезжавшему мимо «Хорьху».
