А потом ещё один день, чтобы прийти в себя — и уже потом отправляться. Но если долго общаешься с людьми, которые часто рисковали жизнью — поневоле научишься доверять их ощущениям.
Я даже успел немного заразиться этой нервозностью Грима… Вздрагивал от звуков в ночи. Подозрительно косился на тёмные пятна вокруг лагеря. Приглядывался к чёрным силуэтам на фоне звёздного неба. С подозрением поглядывал на белеющие вверху снега.
И даже на станцию взбунтовавшихся СИПИНов, пролетающую по небу, смотрел с подозрением. В первый момент показалось, что она стала больше…
Но, ещё раз приглядевшись, сам себя отругал. Я вдруг понял, что если так себя накручивать, то можно быстро и технично получить на свою голову нервный срыв. Причём за считанные дни. А потом и вовсе свихнуться. Поэтому махнул рукой на ощущения: что будет, то будет.
И вечер прошёл спокойно.
Наш караван снялся с лагеря, когда сумерки только вытеснили темноту ночи. Недовольны таким скорым отъездом были, кажется все — даже баги. И только Грим пребывал в приподнятом настроении, да Русый весело бежал по земле, не желая сидеть в кузове.
Позади оставались высоченные горные пики и чаша зловонной долины, в которой когда-то зарождалась жизнь на планете… Или не зарождалась. Ведь СИПИНы не были уверены в своих гипотезах.
А я, оглядываясь назад, понимал, что мы побывали в вонючем, злом… Но безумно красивом месте! Мы как будто забрались на самый край света! И там, естественно, нашли кучу приключений на свои задницы.
Пожалуй, если это было моё последнее приключение, перед тем как Кукушкин усадит меня за стол и заставит руководить, оно удалось на славу!
Я побывал в одном из самых необычных мест на планете… Чуть не умер от потери ноги, а потом от того, что она снова отросла… Я видел какой-то совсем другой мир… И даже гибель гигантской формы жизни. Я даже вернулся туда, где начиналось это огромное приключение — к первому лагерю, где когда-то высадили наши капсулы…
Обратный путь мне представлялся скучным и неинтересным. Даже если нас всех по пути сожрут бестии — это будет обидно, но очень банально. Но я ни о чём не жалел. Есть время для путешествий и приключений, а есть время — вернуться домой.
Алтарное стало моим домом. И я скучал по нему.
Чрезвычайно понапрасну паникерская
На перевал мы въезжали готовые ко всему. За то время, пока тут не бродили с печальным: «О-О-О-О!» гигантские «черепашки», его успело основательно подзамести.
