Автор
В городе Хейвене, где правят колдуны и демоны, разворачивается битва между Добром и Злом. Лесное королевство, едва оправившееся от Войны демонов, вновь сталкивается с возрождающейся тьмой. Герои должны противостоять древним чарам и спасти свои земли от погибели.
Все мы едва не сломались, едва не спятили от полнейшего ужаса, с которым столкнулись! Ты не знаешь всей правды о том, что происходило в Долгой ночи, Чанс. Никто не знает! Из тех, кто побывал там в самом конце, остались только мы с Джулией. И даже спустя двенадцать лет нам порой снятся кошмары!
— Ч-ш-ш, — Фишер накрыла его ладонь своей, — ч-ш-ш.
Внезапно Хока посетила неприятная мысль, и он наградил Чанса тяжелым взглядом.
— Что сталось с Радужным мечом? Он по-прежнему в старом арсенале?
— Да, — ответил посланник. — И его очень почитают. Хотя никто точно не знает, что именно он делает. Согласно некоторым версиям, ты смог пробежать по Радуге исключительно благодаря своей врожденной добродетели.
— Как так получается, что всегда говорится о только его врожденной добродетели, а не моей? — пожаловалась Фишер.
Хок медленно покачал головой:
— Проклятье, прошло всего двенадцать лет! Как можно так быстро забыть правду?
— Будь честен, — посоветовала супруга. — Тогда творилась дьявольская неразбериха, особенно в конце. Мы знали, что происходит, только потому, что нас угораздило оказаться в самой гуще. Все прочие видели лишь свою малую часть. И как ты сказал, большинство людей, которым была известна правда, умерли. Может, что и к лучшему. С легендой, наверное, всегда легче жить.
— И потом, — кивнул Хок, — дорогой Харальд, несомненно, заставил своих менестрелей переписать историю, чтобы усилить в ней его собственную роль. Репутация короля не менее важна, чем целая армия. Людям необходимы герои. Поскольку у нас отсутствовала возможность изложить собственную точку зрения на положение дел, наши с тобой образы переделали так, чтобы они соответствовали традиционным представлениям о герое и героини. Не могу отделаться от ощущения, будто во плоти мы бы их всех ужасно разочаровали.
— Слышали бы вы, как они распространяются о Верховном маге! — Чаппи принялся яростно драть себе ребра задней лапой. — Они так славно забыли про его пьянство и распутство. И о предполагаемом романе с твоей матерью.
— Чаппи! — моментально осадил его Чанс. — Извините, ваше высочество.
— Все в порядке, — отмахнулся Хок. — Слухи всегда ходили. Я знал о них. Да и могло ли быть иначе? Но что бы ни происходило между ними, все давным-давно закончилось, и теперь уже никто ничего точно не узнает. Теперь это всего лишь очередная история — вроде сказок про Руперта и Джулию. Истина становится историей, а потом легендой, и лежащие в ее основе реальные людские судьбы скоро забываются.
