Автор
Кензо молча наблюдает за лимузином Адриана и Вани уезжающими от дома. Его приятель выглядит спокойным и счастливым, что радует его. Он помнит о дни, когда они посещали Royal Elite вместе, где Ван играли роль странной девушки, к которой Кензо никогда не общался. Теперь Адриана, кажется, нашла свое счастье и женилась на Ване, но это не мешает его другу чувствовать себя осчастливленным....
Рэй сияет так, будто только что выиграл в лотерею.
— Хорошо, господин Накамура.
Мы оставляем Рэя позади и продираемся через шумный автовокзал к нашей цели, наши шаги эхом разносятся по почти пустому автовокзалу. Полуденное солнце отбрасывает золотой свет на полы и стены, но в воздухе чувствуется напряжение, которое противоречит мирному виду.
Когда мы приближаемся, светская львица, сидящая в кресле, выпрямляется и насмехается над нами. Она не пытается сбежать; она знает, что далеко не доберется.
— Ну, посмотри, кто это, — усмехается она.
— Ты почти это сделала, — я отдаю ей должное, где это необходимо. — Опять же, я никогда не думал, что мать окажется настолько бессердечной, чтобы использовать личность дочери, которую она утопила в ванне."
"Если бы я ожидал от нее раскаяния, я бы разочаровался. Но этой женщине не хватает эмоциональной способности чувствовать что-то настолько сильное.
— Давайте все поплачем об этом, — она саркастически закатывает глаза.
Мы втроем обмениваемся понимающими взглядами. Эту холодную и жестокую сторону матери Эвелин мы никогда раньше не видели. Это граничит с социопатией. Она всегда была такой или это произошло недавно? Моя интуиция подсказывает мне, что в глубине души она действительно такая. Это единственное, что может объяснить, как она могла легко убить одного ребенка и почти убить другого без малейшего чувства вины.
— Почему ты бежишь, Чарити? — спрашиваю я.
Женщина пренебрежительно фыркает.
— А как ты думаешь? — она бросает на меня взгляд, говорящий: «ты шутишь?» — Твой отец поймал меня в ловушку, заставив вырастить этого неблагодарного монстра, которого ты теперь называешь своей женой. Удачи в этом, кстати. Теперь ты в браке, и у меня больше нет обязанности оставаться здесь.
— Кейтеринг? — мой тон резок от недоверия. — Ты ни разу не угодила своей дочери. Ты проигнорировала ее. Не пытайся изображать из себя святую, Чарити. Тебе это не подходит.
Чити пренебрежительно машет рукой.
— О, пожалуйста. Одна маленькая пьяная ошибка, и я застряла с ней на восемнадцать лет.
Одна пьяная ошибка? Ярость кипит в моих венах, как Везувий.
