В дрожащей от страха тени маленькой белой птицы, мелькающей среди могильного полыни, скрывается загадочное приключение в мире лукоедства и змеиного величия. "Змей и голубка" – это книга о том, как отчаяние может привести к прекрасному сне.
Преданные служители Церкви и охотники, они защищали королевство Бельтерру от сверхъестественных сил – а именно, от Белых дам, смертоносных ведьм, которые не давали покоя местным глупцам, погрязшим в предрассудках. Я смотрела, как шассеры проходят мимо, и чувствовала, что по моим венам разливается подавленный гнев. Будто это мы вторглись на эту землю, будто она не принадлежала когда-то нам.
«Это не твоя борьба». Я вскинула подбородок и мысленно одернула себя. Древняя война между Церковью и ведьмами больше меня не касалась – с тех самых пор, как я покинула мир колдовства.
"– Не стоит тебе здесь оставаться, Лу. – Коко наблюдала за шассерами, которые выстроились вдоль улицы, никого не подпуская к королевской семье. Парад должен был скоро начаться. – Лучше нам встретиться в театре. В такой большой толпе опасно, наверняка быть беде.
– Я ведь переодета, – с трудом выговорив это с набитым ртом, я проглотила булочку. – Меня никто не узнает.
– Но ведь Андре и Грю узнали.
– Лишь из-за голоса…
– Я с вами встретиться смогу только после парада.
Он отсалютовал нам шляпой и пошел прочь, маневрируя между столиков. Коко вскочила на ноги.
– Этот мерзавец забудет все свои обещания, как только исчезнет из виду. Наверняка сдаст нас констеблям – или того хуже, шассерам. Не знаю, как ты можешь ему доверять.
Не раз и не два мы с Коко спорили о том, что я рискнула раскрыть Басу свою истинную сущность.
От сожалений толку нет. Мне оставалось просто довериться Басу. Теперь мы с ним повязаны.
Коко смиренно вздохнула.
– Я за ним прослежу, а ты уходи отсюда поскорей. Встретимся в театре через час?
– Договорились.
Из кондитерской я вышла спустя всего несколько минут. На улице столпились десятки девиц, которые в ожидании принца были уже на грани истерики, но на пороге, преграждая мне путь, стоял незнакомец в буром шерстяном пальто. Поистине огромный – выше меня больше чем на голову, широкоплечий, с сильными руками. Он тоже смотрел на улицу, но наблюдал как будто бы не за парадом. Плечи у мужчины были напряжены, и стоял он так, словно готовился в любой миг кинуться в бой.
