В глубоких лесах, где только что скрылся рокот волн, шаман пытался отразить магическую атаку легионера — но даже он не был обычным. В этом мире могущества и смертельной ярости, каждый чужой посох означал конец. Мощные заклинания бились в воздухе, создавая непроглядную мглу из энергии....
Похоже, «Знамена Легиона» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Гестаповцы по сравнению с ними дети малые, эти творили с пленными все по своей дикарской жестокости. Примерно уровень азиатских дикарей, которые любили практиковать «Красный тюльпан». Почитайте сами, не хочу тут эту чернуху приводить. Короче, в плен никто из нас сдаваться не собирался.
Вот уже толпа вышла на дистанцию полета стрелы. Оркские глотки издавали много шума — от пугающего врага рева до битья копьями в обтянутые шкурами щиты. Я начал согревать в ладони файрбол.
— Целься! — раздался зычный голос Бенидана.
И с наших позиций сорвалось жалкое даже не облако, а так, тоненькая струйка стрел. В довершение которой с моих пальцев сорвался огненный шар.
Бах! Бах! Бах! Вспышки и разрывы раздались в толпе, превращая ее в мечущееся воющее стадо. Вдобавок рванул и мой файрбол, положив несколько орков на землю.
— Огонь по готовности! — крикнул Бенидан.
Правильно, не надо спешить. Стрелы не бесконечные, их беречь надо. Трофейными не обойдешься, та дрянь, которую делали орки, для лундийских лонгбоу не годилась в принципе.
Однако орки не решились сократить дистанцию. Большинство бросилось бежать обратно, только несколько решили выпустить несколько дрючков из своих луков. За что и поплатились — меткими выстрелами легионеры упокоили отчаянных."
"Я обернулся и посмотрел в тыл, там, где орки блокировали подъездную дорогу. Та же ерунда — пяток тел валялось в пыли, остальные улепетывали со всех ног. Правда, недалеко — отход, видимо, в их планы не входил.
И снова гомон и шум.
— Прекратить огонь! — раздался снизу голос Бенидана.
Тоже правильно. Нет, конечно зачарованная стрела улетит и на пятьсот шагов, но вот точности никакой. А стрелы надо беречь.
Я сел на горячие доски фургона, рядом, неуклюже переминаясь, присел Друг. Раскаленная крыша жгла ему лапы, несмотря на кожаные налапники.
— Ну что, морда? — я ласково потрепал его по холке.
