Услышал его глухое ругательство из салона, как только синий экран померк. Две минуты мужик пытался реанимировать мёртвую технику, а затем снова выругался и открыл дверь. Выпрыгнул из кабины, и уже через миг лежал носом в земле со сломанной шеей.
В кобуре водителя нашёлся пистолет. Пригодится.
Билли тем временем забрался в соседний вездеход и придушил там спящего водилу. Высунулся на улицу и показал мне два больших пальца, а затем, шутя, сдёрнул с головы ковбойскую шляпу и поклонился.
— Солдаты точно пропустят, командир? — спросил кто-то у костра. — Всё ж тревога будет.
— Пропустят, не ссы. Ты ж чай не демон изнанковый, а? Не, морда у тебя такая, что демон даже ничё так будет, но у солдатни есть приказы. Ничё они не сделают. Скажем, что на подмогу пришли. Главное, чтоб зодчий этот в своей хибаре остался!
— Очково это валить имперского зодчего, командир. Ой, простите…
— Ты забываешься, Мокрый, — раздался уже знакомый мне голос. Это ему я фамильное оружие сломал. — Тварь должна заплатить за содеянное.
— Простите, ваше благородие.
Говорливый бандит умолк и засопел, но терпел недолго:
— За убийство сюда полиции нагонят ведь…
— Нет тела, нет дела! — вмешался ещё один голос.
— Да как нет тела, когда оно там будет. Солдатня же не станет просто так смотреть, если мы имперского зодчего с собой потащим!
— Мокрый, ты зассал? — хохотнули от костра. — Петрович всё сделает так, что никто не найдёт зодчего. Всё пучком будет, слышь.
— Языки подтянули и в узлы завязали, — прогудел новый собеседник. — Я его зарою на холме так, что никто не отыщет. А от вас, балаболы хреновы, их благородие уже тошнит, честное слово!
Это, видимо, был тот самый Петрович. Мастер аспекта земли. Очень грозные заявления, надо сказать. И опрометчивые.
Я осторожно выглянул из-за машины, оценил обстановку и нырнул назад. Ослеплённые костром люди меня увидеть не могли, но всегда лучше лишний раз проявить осторожность.
Что ж… У огня расположились семеро. Бездарный Фурсов, рядом с ним очень похожий на него мужчина с аспектом огня. Видимо, тот самый брат, про которого мне упоминали. Они держались чуть особняком, тихо переговариваясь между собой и не вмешиваясь в общение подчинённых. Справа от костра расположились двое умельцев, и один из них как минимум мастер. Второй всего лишь адепт, но даже адепт в такой мгле может дров мне наломать. У них ведь часто рефлексы как у кошек, и скорость такая же, если разгонятся. Ещё был Петрович — двухаспектный боец.
