Пока у меня нет нужных построек, а когда они появятся — то, вероятно, забот будет чуть больше, чем возня с чужими машинами и их легализация в моём автопарке. После того как я засыпал яму землёй, осталась целая гора свежей почвы и совсем не осталось сил. Я потратил всё, что во мне было. Меня уже пошатывало, да и кольца стали жечь. Плюс мощь двигателей исчезла под покровом земли и больше не могла помочь. Во рту стало сухо. Пришлось прервать маскировку места гибели Фурсова.
— Ты окей, май друг? — спросил внимательный Дигриаз.
— На сегодня хватит, — мне удалось сохранить невозмутимый вид и не показать, как трясутся руки. Пока Конструкт не работает на полную мощность, мои умения оставляют желать лучшего, потому что он их толком и не раскачивает. В поле его действия я, разумеется, со всем справлюсь и сейчас, но на удалении… Ещё много нужно работать над собой, чтобы добраться до более высокого ранга.
Ну или можно использовать сферу с силой Изнанки, восстановиться и продолжить. Но это не самый разумный выбор. Гораздо надёжнее — вернуться завтра. Потерять время, конечно, потому, что мне ведь надо встречаться с жителями Орхово, но доделать работу.
— Тебе нужно отдохнуть! — заявил Билли. — Я вижу твоя усталость.
— В конце концов, я ведь тоже замешан, ю ноу. И я, тебе везёт, мастер маскировка, май френд! — широко улыбнулся Билли. — Отдохни пока.
Ну, пусть поработает. Хуже не будет. В целом уже сейчас следы никто не отыщет, я размыл колею рядом с ямой, превратив дорогу в огромную лужу, куда ныряли свежие следы, и откуда не возвращались. Сильно сомневаюсь, что кто-то обратит на это внимание. Но раз Дигриаз хочет поработать — не стану ему мешать.
Я последовал его совету и присел на одно из поваленных деревьев, на другой стороне дороги. В ночи плохо было видно, что происходит. Билли, напевая, возился во тьме, а потом вдруг умолк. И судя по возмущению потоков — он приступил к работе с Даром. Но несмотря на всё моё любопытство — я даже не поднялся, экономя силы. Нам ещё назад идти. Минут через десять Дигриаз вернулся. Уставший, весь мокрый от пота, грязный от копоти, но улыбающийся.
— Та-да! — сказал он мне дрогнувшим голосом.
Земля, которая ещё несколько минут назад пахла сыростью, теперь покрылась невысокой, едва пробившейся, травой. Хрономантией такое сотворить непросто. Ну и Дигриаз выглядел так, словно собирался в гроб лечь. Бледный, вялый, но довольный. Теперь казалось, что наваленной на краю дороги земле уже минимум месяц, раз так зелёнкой поросла.
