– Если у них с Настей полная идиллия была? А также, насколько я понимаю, секс по первому Сашкиному требованию?.."
"– Ну, не такая уж и идиллия, – возразила Кася. – Да, спали вместе, конечно. Но я ж не слепая. Видела: этот Сашка Насте – поперек горла. Не нравился ей ни капельки. Но Сашуня наш, ты ж сама знаешь, приставучий, как банный лист. Если по-хорошему в постель затащить не может – грозить начинает. Мол, не дашь мне – перед хозяином подставлю. А она ему, допустим, в ответ пригрозила, что тоже заложит. За какие-нибудь его грешки мелкие… И он ее убил, чтоб не выдавала его.
Маше версия Каси абсолютно не приглянулась. Но обижать ее не хотелось, и потому она пробормотала:
– Может, конечно, и так.
И быстренько перевела разговор на другое:
– Слушай, хозяева, ты говорила, знали, что у Насти с этим Сашкой секс на рабочем месте?
– А то! – хихикнула Кася. – И не смущало их это ни капельки. У Кривцовых главное требование: чтоб в доме никаких посторонних. А со своими – пожалуйста. И что Сашка с няней удовлетворялся, им удобно даже.
– Милый подход. Я б такую няню для своих детей не взяла, – вздохнула Маша.
– Но ты-то детей любишь. А Кривцовы – нет, – возразила горничная.
– И Макар Миронович не любит? – прищурилась Мария.
– Ну, он не против детей, конечно, – хмыкнула Кася. – И гордится, что у него дочка, красавица и умница, растет. Но только это не любовь, нет. Макар просто считает, что со своим положением и возможностями может позволить себе ребенка. Но ты вот подумай: а если бы не было у Кривцова всех его денег? Не мог бы он нанимать нянек-мамок? Неужели стал бы сам Лизу в садик возить, и вечерами с ней заниматься, и сидеть с ней, когда она болеет?.. Да ни в жизнь! Неинтересно ему это. Мигом бы девчонку спихнул бабкам. Мачехе. А то и вообще в интернат… И Кривцова – хоть и мать родная – точно так же поступила бы.
Маша задумалась. Да… Не зря говорят, что горничные только с виду бессловесные и незаметные. А на самом деле они все видят. И все понимают правильно. Права Каська, на сто процентов права: Кривцовы завели ребенка только потому, что так положено. Как можно: богатые, уважаемые люди, дом заимели, деревьев-крупномеров вокруг него насадили – а дитенка нет? Это ж злые языки в неполноценности их обвинят. В ущербности…
– Да, Кася. Все ты верно говоришь, – печально произнесла Мария. – Хотя вчера, когда мы с хозяином ужинали, мне показалось, что он искренне печется о Лизе. Хочет, чтобы она счастлива была…
– Хотеть – конечно, хочет, – парировала горничная. – Но что для этого сделал – сам, лично? Хорош отец! Три раза в год ребенка в театр свозил и считает, все. Повоспитывал достаточно. А остальное время девчонка с няней.
– Но зачем тогда добиваться, чтоб Лиза ему, а не бывшей жене досталась? – пожала плечами Маша.