Утро 31 декабря в Крыму — обычное будни на первый взгляд. Андрей просыпается с чувством радости и ожидания встречи с Сергеем. Сегодня рабочий день заканчивается, а завтра начинаются долгожданные выходные. Но в этот миг что-то странное проникает в его душу — какая-то несправедливость скрывающаяся за праздничной палитрой дня. Андрей чувствует, что сегодня будет особенным, и он готов к тому, что ждет его впереди....
На совете решили, что пехота ночью выступит из лагеря, а утром будет у редутов и с ходу прорвётся между ними и Яковецким лесом. За атакой последует удар шведской конницы по русским драгунам, которые будут за линией редутов. На втором этапе пехота и кавалерия будут штурмовать русский ретраншемент, довершая разгром.
Со стороны шведов непосредственно в бою участвовать должны будут 25 тысяч солдат и четыре пушки. У Карла в обозе была 41 пушка, но к ним не было пороха и ядер – почти все они были израсходованы при осаде Полтавы.
Большого значения артиллерии Карл не придавал, он рассчитывал на мощь своих каролинов. Перед боем он напутствовал своих солдат, обещая им после победы сытную еду из русских обозов.
Напутствие Петра перед боем звучало иначе: «Делайте, братия, так, как я буду делать, и все, помощью Всевышнего будет добро. За победой после трудов воспоследует покой».
У русских в бою участвовало 25 тысяч пехоты и 25 тысяч сабель кавалерии, а кроме того, 102 пушки, не знавшие недостатка в военных припасах, под командованием генерал-поручика Я.
Шведской пехотой командовал А.Л. Левенгаупт, соединившийся с войском Карла, а кавалерией руководил фельдмаршал К.Г. Реншильд – вместо раненого в ногу Карла.
После двух часов ночи шведская пехота стала выдвигаться из своего лагеря. Солдаты были не подготовлены к штурму редутов – они не имели лестниц, фашин, верёвок с крюками.
Русские дозоры обнаружили шведов и подняли тревогу. Чтобы замедлить, а потом и остановить продвижение врага и тем самым выиграть время для подготовки главных сил, князь Меншиков во главе драгун поскакал на шведов.
Русские полки занимали редуты – Белгородский, Нечаевский, Неклюдовский.
Андрей со своими людьми в середине ночи уже занял третий редут, установили пушки. К тому времени обозом подвезли порох, картечь и ядра, и когда прозвучала тревога, редут быстро наполнился солдатами. Строительство первых двух редутов не успели закончить, но в них тоже расположились воины.
Редут Андрея оказался самым мощным, этаким артиллерийском фортом: ведь в других редутах было по две-три пушки, а в недостроенных их не было совсем.
Для Андрея бой вспыхнул внезапно. В стороне первого редута раздались выстрелы, крики, явно – шум боя. Редуты разделяла всего сотня метров, но было темно и ничего не видно.
Для шведов, знавших о шести редутах в линию, появление новых – всего за неполную ночь – стало полной неожиданностью.
