Спецназовец ГРУ Андрей Кижеватов во время подводного погружения попадает в XVII век. Оказавшись в эпохе Петра I, среди бояр и стрельцов, он должен выжить и найти путь назад в свое время, используя боевые навыки и знания будущего.
При Петре артиллерия обычно стояла за пехотой и стреляла поверх наших войск.
– Покажи!
Пётр любил новое, но в последнее время его преследовали неудачи. В ноябре 30-го числа 1700 года шведский король Карл XII всего 8500 солдатами наголову разбил 35-тысячное русское войско под Нарвой, взял богатые трофеи и ушёл в Ливонию, сочтя, что русские ещё не скоро придут в себя. Шведская армия на тот момент была самой сильной в Европе, но разбить в четыре раза превосходящие силы русских?
Пётр был уязвлён, подавлен, и все помыслы его были направлены на реформу и оснащение армии. Без неё, без её побед невозможно было пробить выход к морю, создать флот.
– Заряжай! – скомандовал Пётр и, когда бомбардиры зарядили пушку цепными ядрами, отстранил командира, сам навёл прицел и поднёс раскалённый железный запальник к отверстию.
Грянул выстрел, и все присутствующие сразу обратили внимание на необычный звук. Ядра шипели, трещали, даже визг слышался. Но от брёвен полетели щепки, и у Петра заблестели глаза:
– Давай ещё! Заряжай!
Ещё один выстрел – и снова попадание.
– Дай я тебя расцелую! – Пётр, как медведь, облапал Андрея и расцеловал его в обе щёки.
– Государь, позволь слово молвить?
– Говори!
– Батарею, что ядрами цепными стрелять будет, надо на передовой линии поставить. Эти ядра далеко не летят. А как шведы на приступ пойдут, тогда и дать залп.
– Так ты ещё и тактику продумал?"
"В это время от возка, от группы генералов, приблизился Головин. Вот уж кого Андрей не ожидал увидеть здесь и сейчас!
– Помилуй Бог, да это же он! – и ткнул в Андрея пальцем.
Все уставились на Андрея.
– Фёдор Алексеевич, объяснись, – потребовал царь.
– Государь! Я тебе пополудни крыльцо показывал чугунное, работы дивной.
– Помню!
– Так он его сделал! Вчера вечером обещал быть у меня и не пришёл, шельма!
Пётр захохотал, как это мог только он: громко, заразительно, хлопая себя по ляжкам.
– Шельма, говоришь! – Царь вытер слёзы, выступившие от смеха.
– Ну-ка, поподробнее, – Пётр уже смотрел на Андрея.
– Мои мануфактурщики, что чугун льют, сделали по моим эскизам ограды, фонари и крыльцо купцу…
– Бог с ним, с купцом, дальше давай.
– Его светлость, граф Головин, проезжая, увидел и наказал вечером быть у него. Я приехал, а граф в «нетях».
– Так в чём твоя вина?
Пётр повернулся к графу, усики его грозно встопорщились, и граф счёл за лучшее отойти за спины генералов.
Пётр повернулся к Андрею:
– Неуж твои сделали?
– Как есть до последней детали.
