Что именно вас интересует?
– Кому вчера вы рассказали о нашей беседе? Кто мог узнать о том, как именно исчезла ваша супруга из этого салона?
– Разве я давал вам подписку о неразглашении? – нагло спросил Концевич. – Я просто сообщил своим помощницам о женщине, которая выдавала себя за мою жену. Теперь они тоже узнали о ее не очень красивом поведении, хотя всегда ее недолюбливали. Особенно Олеся. Она и раньше мне намекала, что моя благоверная вышла за меня замуж только для того, чтобы устроить свою жизнь и иметь неплохие деньги.
Я не обращал внимания на ее намеки, а нужно было прислушаться.
– Олеся тоже не образец добродетели, – не удержался Дронго.
– Она хотя бы не такая гадина, какой была Тамара, – зло крикнул Концевич. – Понятно, что Олеся делает все, чтобы понравиться своему шефу. Это в порядке вещей. Ненормально, когда так нагло ведет себя моя супруга, к ногам которой я бросаю все свои миллионы.
– Не кричите, – предложил Дронго. – Не нужно говорить все эти гадости при своих людях. Хотя бы из уважения к своей помощнице, которая пока не сделала вам ничего плохого.
– Он не удержался и вставил слово «пока»."
"Концевич был слишком умным человеком, чтобы не обратить внимания на это.
– Думаете, что и она меня продаст, – понял он. – Считаете, что я окружен одними только подхалимами и приспособленцами? Никто в моем окружении не испытывает ко мне самого обычного чувства благодарности или симпатии?
Дронго хотел сказать, что он думает по этому поводу, но решил, что не стоит так сильно обижать даже такого самовлюбленного эгоиста и циника, как Концевич.
Обман супруги и ее исчезновение оказались для него слишком сильным ударом. Возможно, в будущем он сможет пересмотреть свои взгляды, станет относиться к людям несколько мягче, добрее, внимательнее. Нет, сейчас не следовало его добивать.
– Такие люди наверняка есть, – солгал Дронго. – Но имеются и другие. Как всегда бывает в обычных коллективах.
– Вот сейчас я с вами полностью согласен, – быстро произнес Концевич. – В любом коллективе есть свои подонки и нормальные люди.
Что вы хотите у меня узнать?
– Кому вы сообщали о нашем разговоре? Постарайтесь вспомнить, кто именно мог узнать о нем?
– Знала Галина Аркадьевна. Может, моя кухарка слышала, как я кричал. Водитель, охранники, Динара и Олеся, сидящие в приемной. Еще наш вице-президент. Он зашел ко мне, когда я с вами разговаривал. Борис Львович тоже переживает из-за случившегося. В общем, все, кто меня окружает. Но никому из посторонних я ничего не говорил.
