Заря на востоке только занималась, но Питер чувствовал себя отдохнувшим и полным сил, никаких мыслей в голове не было.
– Ваша веревка, господин Питер, – сказал конюх, поднося моток веревки нужной толщины. Питер потрогал ее, помял в руке и остался доволен. Спуститься по такой не составляло труда, а дальше… Дальше, как получится.
К стене он пришел, когда начало светать. Невольники уже работали под стенами, сооружая все новые ряды заграждений, а орки, почесываясь после сна, ходили вокруг и изредка поднимались на стены, чтобы вскоре снова спуститься – в утренних сумерках можно было получить стрелу.
Приходили орки с другой стороны, чтобы поглазеть на то, что здесь происходит – на других направлениях ничего не происходило, и стоять на стенах там было скучно.
Заметив Корнелия, Питер подошел к нему.
– Выспался? – спросил тот.
– Хорошо, – нейтральным тоном ответил Корнелий. – А наши враги времени зря не теряли, всю ночь по грязи шлепали, должно быть, чем-то нас удивят.
– Может, стрелы приходили собирать, они их вчера целый воз выпустили?
– Стрелы, ясное дело, подобрали. Но там должно быть что-то еще…
В этот момент раздался крик часового на стене.
Вместе с набежавшими орками Питер с Корнелием поднялись на стену и увидели результат ночной работы императорских пехотинцев – вся раскисшая глина и грязь на подступах к стенам, почти до самых арпашей, оказалась замощена досками, заборами и снятыми с петель дверями. Благо строительного материала на брошенных фермах было вдоволь.
– Ну что ж, умно, – произнес Корнелий посреди всеобщего молчания. – Этой полосы вполне хватит, чтобы подходить шеренгой по пять, а то и шесть солдат. Даувпирт!
– Я здесь, Корнелий, – отозвался старый орк, нависая над плечом защитника.
– Пусть корнунги поставят лучников так, чтобы по наступающим стреляли с флангов. Там они будут менее всего защищены.
– Понял, сейчас расставим.
– Не торопись, время еще есть, – сказал Корнелий и спустился со стены.
Скоро послышался звук первого за этот день удара тяжелой стрелы, а через пару минут они замолотили с прежней частотой.
Больше ничего не происходило, если не считать, что лучники продолжали упражняться, расстреливая по арпашам скверные стрелы, и им в этом никто не препятствовал: императорские солдаты понимали, что эти вояки им не страшны.
Ближе к полудню случился обвал, из стены вывалилась огромная масса отсыревшей глины, звук был похож на тяжкий вздох великана. Питер с Корнелием поднялись на стену и осторожно, с разных мест выглянули, чтобы оценить ущерб.