– в отчаянии воскликнул Питер, желая избавиться от страшных видений.
– Не хочет он нам ничего рассказывать, затаился, – сделал вывод третий, и вдруг совсем рядом кто-то испустил душераздирающий вопль:
Питер резко обернулся и увидел широко распахнутый рот Бриана.
– Замолчи! – приказал он и снова посмотрел туда, где стояли незнакомцы, но там никого не было.
Бриан перестал кричать и только часто дышал.
– Да что ж такое, орут и орут, – пробурчал один из работников-строителей, укладываясь на солому.
Питер подхватил Бриана под локоть и проводил в погреб, где уложил на солому и принес воды.
Лишь осушив целиком большую плошку, тот смог говорить:
– Малой, похоже, со мной действительно что-то не так…
– С чего ты взял? – притворно удивился Питер, который и сам еще не отошел от видения.
– Я только хотел выйти из погреба, чтобы посмотреть, что с тобой. Честно говоря, я думал, с тобой покончено – ты так кричал!
– Это не он кричал, это хозяйский сынок, – внес ясность строитель-ворчун.
– Да? А мне показалось, что это Малой кричит, и я пошел посмотреть. Поднялся, вижу – ты, хотя знал, что ты лежишь, окровавленный, на земле!
– Это не он кричал, а хозяйский сынок! – снова напомнил строитель.
– Неважно, я-то думал иначе! – возразил Бриан, увлекшись собственным рассказом. – А потом еще эти таинственные и жуткие фигуры со светящимися лицами! Ужас!
Бриан сел и, закрыв лицо руками, прогундосил:
– Малой, пинеси мне воды…
Питер принес полную плошку, и Бриан снова опустошил ее.
– Только не говори мне, что ты не видел никаких фигур, Малой.
– Я ничего не видел, Бриан…
– И ты с ними не разговаривал?
Голос Бриана сорвался, и он всхлипнул.
– Увы, дружище, я ни с кем не разговаривал. Просто шел в погреб, а тут ты начал орать.
– Ну все… – Бриан всхлипнул громче. – Значит, я погиб и меня скормят свиньям.
Под сенью остывающих древесных крон, в двадцати милях к юго-востоку от оркского поселения Вендор, Карцепос и Харар остановились на отдых. Место было дикое, уже опустошенное туранскими племенами, но еще не заселенное орками.
– Смотрите, – произнес Харар, выдергивая из ствола дерева старую стрелу.
– Что же здесь удивительного? – спросил Карцепос, устраиваясь на большом валуне и с облегчением вытягивая ноги.
– Людей уже нет, их селения разрушены, а стрела – вот она, символ… чего-то там.
– Чем без толку болтать, лучше сразу спроси, что тебя интересует, – сказал Вендор, видя, что Харар снова ищет повод, чтобы поговорить.
– Благодарю, мессир, за ваше внимание ко мне.