Настя больше не верит в чудеса и магию. Золотой ключик исполнил своё предназначение, открыв дверь в неожиданный мир. Теперь героине предстоит столкнуться с суровой реальностью последствий и выбрать между безопасностью обыденной жизни и неизведанными испытаниями, которые ждут за закрытой дверью.
Раздел Chitat.online для книги «Золотой ключик для Насти. Книга вторая» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Настя больше не верит в чудеса и магию. Золотой ключик исполнил своё предназначение, открыв дверь в неожиданный мир. Теперь героине предстоит столкнуться с суровой реальностью последствий и выбрать между безопасностью обыденной жизни и неизведанными испытаниями, которые ждут за закрытой дверью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анна Сергеевна Гаврилова Самиздат подборки серии
Настя больше не верит в чудеса и магию. Золотой ключик исполнил своё предназначение, открыв дверь в неожиданный мир. Теперь героине предстоит столкнуться с суровой реальностью последствий и выбрать между безопасностью обыденной жизни и неизведанными испытаниями, которые ждут за закрытой дверью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
После всего произошедшего, от одной мысли о бале мурашки по коже бежали и пот пробивал.
Краснощёкая удивлённо вскинула брови, но кивнула. Я же покрутила в пальцах коричневую печеньку, сказала:
— А помочь вам чем-нибудь могу? Вообще, в том, что касается готовки, я — ноль, но если что-то простое…
Может подруге принца и не положено на кухне возиться, но мне отвлечься нужно. Занять себя хоть чем-то. Иначе точно с ума сойду.
— Розочки сахарные лепить умеешь? — спросила краснощёкая.
— Нет…
— Ну так научим! — просияла кухарка. — Эй, Вирта!
На зов примчалась тощая девчонка лет двенадцати.
— Спроси у Цреллы, готово ли сахарное тесто. Ежели готово — пусть несёт сюда. И ты приходи, госпоже Насте розы покажешь.
…И вот мы с юной Виртой, под надзором краснощёкой, занимаемся розочками. Раскатываем сахарное тесто, на полоски режем, Вирта скатывает полоски в трубочку — для сердцевинки, я — вырезаю специальной формочкой лепестки, приминаю края пальцами. Потом, когда набирается достаточно лепестков и «трубочек», принимаемся лепить сами розочки, складываем на блюдо, посыпаем сахарной пудрой. Удивительно успокаивающее занятие, почти медитация.
И всё бы ничего, но ирония ситуации в том, что это розочки для огромного торта, который выкатят в конце бала. Для торта, посвящённого герцогу Фарриану и его невесте.
Вначале я всерьёз задумывалась — а не попросить ли Вереза вплести в розочки какое-нибудь «позитивное» заклинание, типа заклинания тяжелой диареи. Но от пакости пришлось отказаться — кухарок за такое выпорют…
Вскоре к нам присоединилась Синта и ещё одна женщина — такая же пухлая, как моя благодетельница. Как-то незаметно завязался разговор, зазвучали первые, сперва робкие, шутки. Потом краснощёкая, которая уже загрузила коржи в печь, принесла бутыль с креплёным вином. А так как на герцогской кухне распивать спиртное запрещалось, пить пришлось аккуратно, по-партизански. Вирте вина, само собой, не дали и девчонка надулась, запыхтела ежом, чем непомерно позабавила остальных.
В общем, всё было хорошо. И даже весть о том, что совещание закончилось, и через четверть часа велено накрывать столы, никого не напрягла.
Нервничать начали много позже, когда один из лакеев, прислуживавших в столовой, принёс известие — мол, герцог в самом дурном настроении, пьёт много, того и гляди в настоящее бешенство впадёт. Кухарки заметно побледнели, мне тоже как-то жутковато стало. Собственную нервозность подстёгивал и тот факт, что за мной до сих пор никто не пришел…
«Так сама пойди…» — протянул Верез.
«Нет. Ни за что,» — отчеканила я.
Тот, кто сроднился с моей личностью, неодобрительно хмыкнул и сказал то, о чём догадывалась, но старалась не думать:
«Он не пойдёт за тобой на кухню. Это ниже достоинства.
