На волнующей и непредсказуемой земле Грузии происходит необыкновенное событие. Весеннее обострение настигает даже самых умных джигитов, включая решительного Ахмеда. Главная героиня надежно охраняет свой секретный золотой ключик, пряча его от всех - и даже самого Ахмеда не спасет ключица из чужих рук....
Я вообще о нём не думаю!
— Что ты думаешь о моих подданных?
Распустились они. В смысле — аристократия распустилась.
Чёрт… Шнуровка корсажа ослабла, ткань платья поползла вниз. Вот гад! Да как он смеет! Я же… я же… я даже возразить не могу!
— А что ты думаешь обо мне? — прошептал принц.
Одной рукой по-прежнему прижимал к горячему, обнаженному торсу, вторая потянулась к моим ступням. Я не успела опомниться, как первая туфелька улетела во тьму спальни. За ней стремительно последовала другая. Пальцы красноволосого принца игриво пробежались по ступне и скользнули под юбку — в явном намерении избавить мои ножки от чулок.
— Так что ты думаешь обо мне? — тем же, проникновенным шепотом, спросил принц.
Ты… Ты — огненный монстр… Самовлюблённый, вздорный, совершенно невыносимый тип… — мысленно простонала я.
Он почему-то замер и напрягся. Потом прижал крепче, зарылся носом в идеально уложенные локоны и прошептал:
— Настенька… Колдунья моя…
Чёрт! Ну о каком самообладании тут можно говорить?
Мои бастионы пали.
— Я тебя не отпущу, слышишь? — его дыхание щекотало ушко. — Настенька…
Я осторожно вывернулась из объятий, повернулась лицом. В глазах Эрика бушевало алое пламя. Чёрт…
Не удержалась — коснулась пальцами его губ.
Он поймал ладошку, прижал к колючей щеке.
— Знаешь, — выдохнул Эрик. — Ты тоже порой бываешь совершенно невыносима…"
"— Я? — тоже выдохнула, только удивлённо. И тут же осеклась.
Стоп. Я не говорила, что принц невыносим. Вернее… вслух не говорила.
Отдёрнула руку и попыталась отстраниться. Отстраниться не дали, а взгляд пылающих глаз стал странным, как будто хитрым.
Кольцо! Он снял кольцо! Неужели мой ментальный блок…
— Какой такой блок? — щурясь протянул Эрик.
Чёрт! Он что же? Все мои мысли слышит? О нет!
— О да… — не без злорадства протянуло высочество.
Я дёрнулась в искреннем намерении вырваться из объятий вероломного негодяя, но вместо этого оказалась распластана на постели. Эрик прижал, лишив даже крошечной возможности сбежать.
— Значит, ты меня всё-таки любишь? — хрипло спросил красноволосый.
— Нет! — выпалила я.
