На волнующей и непредсказуемой земле Грузии происходит необыкновенное событие. Весеннее обострение настигает даже самых умных джигитов, включая решительного Ахмеда. Главная героиня надежно охраняет свой секретный золотой ключик, пряча его от всех - и даже самого Ахмеда не спасет ключица из чужих рук....
Я прошу простить за вторжение…
— Тшшш… — и это тоже был приказ."
"Мы снова застыли в молчании.
За пеленой страха я никак не могла различить его лицо — смотрела, но не видела. Только глаза — странные, как будто красные. Но красных глаз не бывает! Разве что в сказках… Чёрт! Я сама-то где?
Эта мысль вернула к реальности. Не нормальной, а той, психоделической, где можно позвать на помощь мёртвого мага. Я прикрыла глаза, чтобы хоть как-то отгородиться от Эрика и мысленно взвыла. Потом ещё раз, и ещё. И в четвёртый, и в пятый… но Верез молчал.
— Эрик, пожалуйста, уберите меч, — собственный голос показался чужим.
Я вновь распахнула глаза, чтобы прочитать на его лице холодное «нет».
— Ну вы же видите — я безоружна. Я не смогу навредить вам. И сбежать тоже не смогу.
В этот раз он приподнял только одну бровь, и то как он это сделал… Ненавижу! Ненавижу!!!
Реакция не осталась без внимания. Эрик усмехнулся, спросил с издёвкой:
— Что-то не так?
— Всё не так, — процедила я.
— Хм… какие интересные перемены в настроении…
— Уберите оружие, — отчеканила я. Страха как небывало, только бешенство.
Моя просьба была выполнена, но не прошло и секунды, как на горле сомкнулись его пальцы. Очень сильные, кстати.
— Кто ты?! — прошипел Эрик и впился взглядом.
Я стояла и смотрела… Глаза с красными радужками на расстоянии пяти сантиметров это… странно. Что ему надо? Что он пытается увидеть?
— Эрик, вы псих? — наконец, не выдержала я.
Мой мучитель оскорблённо фыркнул, а после шепнул:
— Замри.
И я замерла. Совсем.
…По телу прокалилась волна холода, довольно приятная, кстати. Но после неё любое движение стало невозможным. И хотя внешне всё по-прежнему, возникло чувство, что кожу покрывает толстый слой супер-прочного бетона. Единственное, что могу — бессильно вращать глазами.
Выждав несколько секунд, Эрик убрал руки от моего горла, отступил на полшага.
Сконцентрироваться на лице или образе Эрика по-прежнему невозможно. Вижу только — заходит с другой стороны, наклоняется, чтобы подобрать с пола мою связку.
