Автор
В просторном парке зимой жила Наташа, делая из рук вон выходящие снежки - маленькими, но быстрыми и больными, чтобы не пропустить первого появившегося Женьку, своего друга. Он же прячется за деревьями, готовый броситься на встречу новому приключению или просто укрыться от коварного снежка-пушечки девочки....
– Ложись спать, – сказал Саша, – он может перезвонить утром.
И тут мобильный ожил. Саша не спеша взял телефон и удовлетворенно кивнул.
– Очень рад твоему звонку, – сказал он в трубку насмешливо.
Я перебралась ближе к нему, чтобы слышать, что скажет мужчина.
– Кто ты? – спросил тот.
– Какая разница? Пацан и девчонка у меня. Давай поговорим.
– Чего ты хочешь?
– Денег, естественно.
– Ясно. – Мужчина замолчал, Саша терпеливо ждал.
– Парни живы? – вновь услышала я.
– Нет.
– Я заплачу миллион.
– Долларов?
– Ты что, спятил? Миллион рублей, если убьешь ребенка и эту девку.
– Годится. Только деньги вперед.
– По-твоему, я идиот?
– А я кто, по-твоему?
– Хорошо. Половину вперед, потом остальное. Идет?
– Согласен. – Саша поднялся из кресла и направился в прихожую, произнеся на ходу: – Давай поговорим о том, как ты передашь мне деньги.
Я сидела, похолодев, не зная, что предпринять. Открыть окно и позвать на помощь? Или попытаться добраться до телефона и позвонить в милицию? Мой мобильный в сумке, а сумка в прихожей.
Саша вернулся в комнату, а я все сидела на полу, не в силах пошевелиться.
– Что это ты так побледнела? – усмехнулся Саша.
– Вы нас убьете?
– С какой стати? Деньги мне не нужны.
– Слушайте, кто вы? – не выдержала я, хоть и знала, что он не ответит.
– Ты уже спрашивала, – только и буркнул Саша. – Завтра в 12.00 он оставит деньги в ячейке камеры хранения на вокзале. Сам вряд ли приедет, но кто-то их принести должен.
– Откуда мне знать, что вы говорите правду? Откуда мне знать, что вы не убьете нас?"
"– Входная дверь легко открывается с этой стороны. Ты можешь уйти сейчас или утром. Мне все равно. Ты поняла? Пацана хотят убить, – вздохнул он, точно злился на мое скудоумие. – Предположим, вернешь его родителям прямо сейчас. Но тогда выяснить, что за тип звонил, будет затруднительно, а мальчишку, вполне возможно, убьют через месяц или два.
– Я не знаю, как следует поступить, – честно призналась я.
– Если не знаешь, то просто делай то, что тебе говорят. Сейчас ложись спать, а завтра постарайся не наделать глупостей до моего возвращения.
Утром меня разбудил Максим. Он тихо плакал, лежа рядом со мной на диване. Я стала его утешать, обещала, что вскоре он поедет домой. Он вспомнил про собаку, и мне было очень стыдно в очередной раз врать ребенку.
