Автор
Загадочное повеление шейха Зуфара аль-Халия ослепляет своих слушателей. Поднятый голос короля заставляет зал напрячься, и все понимают, что этот приказ не будет игнорироваться. В воздухе кипит напряженная энергия, создавая атмосферу ожидания и нерешительности.
– Я рада, что могу быть тебе полезной. В конце концов, я исполняю свою роль, верно? – тихо спросила она с улыбкой."
"Зуфар прищурился, не понимая ее покорности. Его коробило от того, что он жаждет узнать, о чем на самом деле думает Ньеша.
Резко одернув себя, он произнес:
– Да, ты права.
Он сам открыл Ньеше дверь, а потом стоял, наблюдая, как она идет по широкому коридору, снова удивляясь, с каким достоинством и изяществом она держится. Он не сомневался, что она его не подведет.
Первая речь, которую произнесла Ньеша, была настолько созвучна с мнением Зуфара, что он задавался вопросом, не общалась ли она с его личным секретарем.
Но ничто из этого не объясняло той отстраненности, которую он часто видел в ее взгляде.
Зуфар вернулся к письменному столу, не в силах отмахнуться от беспокойных размышлений. Впервые в жизни у него возникла проблема, решение которой от него ускользало.
У него была жена, которая во многом превосходила его собственную мать. Подумав о матери, он помрачнел. Но, как бы ни старался, он снова и снова думал о женщине, которая родила его, а затем относилась к нему как к помехе.
Конечно, временами она дарила ему добрую улыбку и нежное прикосновение. Но это было так давно, что, возможно, у него просто разыгралось воображение. В последнее время Зуфар считал, что эти проявления мимолетной любви были ее попыткой сгладить свою вину за то, что она не могла быть с Адиром – ребенком, которого она действительно любила.
Зуфар сжал пальцами край стола.
Адир говорил о письмах, которые его мать писала ему, пока он был подростком. Письма о любви к нему. Это откровение позволило Зуфару понять, что вся ее любовь предназначалась ребенку, которого она не могла воспитывать. Зуфар разозлился, а потом вспомнил ярость Адира на похоронах их матери. Неужели любовь их матери к незаконнорожденному сыну тоже исчезла под натиском богатства и привилегий, которые она жаждала больше всего на свете?
Хватит!
Не стоит ворошить бесплодное прошлое.
Когда в дверь постучал его личный секретарь, Зуфар бросил авторучку на стол.
– Ваше величество, ваша следующая встреча отменена. Дочь министра иностранных дел внезапно заболела. Я послал ей цветы.
Зуфар скривил губы, испытывая облегчение.
