Великолепная бальная зала сияет светом ламп и свечей, как в древних сказках. Яркая атмосфера праздника перемещает нас в мир избалованных студентов академии Ледяного дракона, одетых в блестящие маски и торжественные костюмы. Всё вокруг напоминает сказку о принцессе и снегурочке, только в этом случае она - настоящий приключительный эпос современности....
Зал был огромным, вмещал себя по меньшей мере человек пятьсот, если не тысячу, поэтому потеряться здесь – не мудрено. К тому же анфиладой из зала шли еще несколько не менее празднично украшенных комнат.
Скайн подхватил поднос у совершенно изумленного официанта, который начал оглядываться в поисках пропажи, и подошел к графу. Не рассмеяться было очень тяжело, потому что Снежный имел вид заправского хулигана, разве что беретки, надвинутой на бок, не хватало.
– Это Ашеная, – кивнул Скайн на фигуристую драконицу среднего возраста с ярко-зелеными глазами, – очень экстравагантная драконица из клана Изумрудных.
В этот момент граф, разговаривавший с каким-то мужчиной, развернулся. Скайн подстроил так, что поднос оказался под его рукой, он его толкнул, и все содержимое, включая бокалы с пуншем, полетело в Ашенаю. Быстро смывшись на два шага подальше вместе с подносами, мы со Снежным замерли. Женщина взвизгнула, стряхнула капли, потопталась каблучками на стекле и… выбросила руку со своим фужером вперед.
– Это новая традиция, которой меня научила внучка. Если напиток слишком вкусный, то надо делиться подобным образом с тем, кого очень уважаешь.
– Удивительная традиция, – сквозь зубы прошипел эльф и… выбросил содержимое своего фужера в стоящего рядом огневолосого неизвестного дракона.
"При этом осклабился, прекрасно понимая, что это месть. Но тот дракон тоже не из глупых, поэтому вернул «ответочку» своему «приятелю». Граф Оругский стоял как громом пораженный, боясь сдвинуться с места, а Скайн взял меня за руку.
– Теперь бежим.
– Далеко собрались? – прошептали над самым ухом.
– Теперь каждый сам за себя, – сообщил Скайн и быстро смылся с глаз своего дяди, я же осталась стоять напротив Владыки Льда, веселая и ужасно смелая.
– Подальше от вас, ваша снежность, – сложив руки на груди и вытянув подбородок, заявила я.
– А если нет?
– Поцелую!
– Это угроза? – рассмеялся Владыка, стрельнув в меня насмешливым взглядом. – Ладно уж, я потерплю.
– Неужели вы подумали, что я говорю о вас? – едко спросила я, чувствуя себя триумфатором. – Я поцелую любого другого, чтобы позлить вас. Вот так угроза звучит правильнее.
– Любого? – прищурился Владыка, склонившись надо мной. – Только попробуй.
