Автор
В маленькой кухне, где кажется, помещается всего лишь один шкаф и плита, главная героиня решает преобразовать пространство. "Золушка в шоколаде" — это необычный сюжет о взломщике обычной повседневности, где героиня заставляет все пекло и хаос казаться игрой на свежем воздухе....
Многие москвичи ездили туда за «дрожалкой», моя мама в том числе.
Я предалась сладким воспоминаниям. Вот я, маленькая девочка, сижу на кухне и с большим восторгом ем то самое молочное желе. За окном опустился вечер, дома тепло и уютно, да еще и папа не на работе, вот он, рядом сидит и рассказывает маме забавную историю.
– Если что и погубит нашу страну, так это солдатская хитрость, – смеется папа. – Семена Кучкина помнишь?
– Конечно, – кивает мама. – Неприятный тип, авторитарный, грубый, как его только подчиненные терпят.
– Плох тот начальник, который не мечтает стать рабовладельцем, – совсем развеселился отец. – А насчет Кучкина ты совершенно права, он солдат как бесплатную рабочую силу использует. Но они ему отомстили. Отлично получилось! Семен велел старослужащим у себя на дачном участке картошку посадить, объявил такой дембельский аккорд. Ребята чертыхнулись, но куда деваться? С генералом ругаться словно против ветра плевать, себе дороже станет. Крякнули, провели посевные работы и благополучно разъехались по домам.
Мы с мамой засмеялись, а потом я спросила:
– А что такое дембельский аккорд? Солдаты играют на пианино?
Папа прижал меня к себе.
– Ступай спать, Фросенька,[3] незачем тебе разговоры взрослых слушать…
– Дзынь, – долетело до уха.
Я вынырнула из воспоминаний. Похоже, буянка вернулась в зал и принялась вновь колотить бокалы. Дорого обойдется ее кавалеру поход в ресторан…
– Дзынь, – снова прозвучало от окна.
И тут в поле моего зрения оказалась блондинка, мирно шагающая по коридорчику.
– А-а-а-а! – завопила капризная девица, кидаясь к своему мужику. – Леша… та-а-ам… смотри-и-и…
Палец, украшенный массивным перстнем с фальшивым бриллиантом, ткнул в сторону столика, за которым находились Ирина Львовна и Василий. Я повернулась и… вскочила, уронив стул.
Мячина и ее собеседник лежали головами в тарелках. Руки Ирины безвольно болтались, а ладони Василия покоились на столе.
