Но Дженкин, как теперь уже не приходилось сомневаться, о древнем народе и Черном Человеке говорил правду. Так что…
Ведьмин дом выглядел не настолько странно, как строения из безымянного городка в горах, но от прочих жилищ в Салеме явно отличался. Двускатная крыша сходилась криво, углы между стенами тоже не были прямыми, окна имели самые разнообразные размеры и формы. Ко всему прочему, дом оказался выкрашен в черный цвет, из-за чего выглядел откровенно зловеще.
Любого дурака спроси, где в городе живут ведьмы — именно на такое жилище он и укажет.
По счастью, на улицах Салема не встретилось ни души. Если их и патрулировали, то людей для этого Мэзеру с Дженкином не хватало, а жители просто не показывались снаружи затемно. Дойти до места не составило труда.
— Насколько мне известно, ни в одной военной кампании не снискал я репутации трусливого или малодушного человека… — произнес у порога Алава. — Однако если бы не те отчаянные обстоятельства, в которых мы волею свыше или в силу козней Дьявола оказались, я бы ни за что не вошел в такой дом.
— По приказу я бы хоть в Ад спустился. — ответил Пабло. — А сейчас бояться вовсе поздно.
— Ты мало знаешь про Ад, раз так легко говоришь об этом. — буркнул Иаго и постучал в дверь.
Голос изнутри дома раздался мгновенно, словно только стука одна из его обитательниц под дверью и ждала в столь ранний час.
Это был грубый, скрипучий, старушечий голос. Еще более противный, чем у еврея.
— Мы враги Коттона Мэзера.
— Так идите, вспорите ему брюхо. Здесь вам делать нечего!
— Мы ищем испанского инквизитора!
— Поищите в Испании.
Все пошло не по плану Иаго. Он даже выдал некоторую растерянность, хотя и очень быстро сумел вновь придать себе уверенный вид.
— Не очень-то нам здесь рады, Иаго. Похоже, ты ошибся.
— Если не хочешь переться до Флориды на своих двоих, то лучше помолчи. Я разберусь.
Каталонец еще раз постучал в дверь, на этот раз куда громче.
— Меня зовут Иаго Карвасса, кто-то в вашем доме наверняка обо мне слышал!
— А имя Ньярлатотепа вы уж точно знаете!
Вот теперь за дверью послышалось движение. Собеседница Иаго поспешила в глубину дома — не иначе как советоваться. Загадочное имя определенно имело вес.
— Что за Нярла… Ньярла… тотетеп?.. — прошептал Руис.
— Радуйся, что его имя тебе незнакомо. Это знание из тех, которых лучше не иметь.
Жизненный опыт научил Руиса: даже в обычном мире бывают знания, без которых спится куда легче и риск преждевременной кончины снижается. Так что настаивать он счел излишним.
