Дима Галицкий знает точный день и час своей смерти. Однообразная работа и безысходность медленно сводят его с ума. В попытке найти ответ на загадку без решения он тонет в рутине, ища смысл в каждом дне, отпущенном ему судьбой. История о том, как жить, когда время уже отсчитано.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Звенящая весенняя капель» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Дима Галицкий знает точный день и час своей смерти. Однообразная работа и безысходность медленно сводят его с ума. В попытке найти ответ на загадку без решения он тонет в рутине, ища смысл в каждом дне, отпущенном ему судьбой. История о том, как жить, когда время уже отсчитано.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Дима Галицкий знает точный день и час своей смерти. Однообразная работа и безысходность медленно сводят его с ума. В попытке найти ответ на загадку без решения он тонет в рутине, ища смысл в каждом дне, отпущенном ему судьбой. История о том, как жить, когда время уже отсчитано.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
«Сла-сла-сла», это все, что мой воспаленный от усталости и кровопотери мозг мог разобрать."
"— Позовите кого-нибудь. — Прохрипел я. — Василису, соловьевичей, Бабайку в конце концов… Позовите, я должен рассказать…
Существа еще немного погомонили вокруг, одно из них приложило к моим губам фляжку, которая оказалась наполнена молоком, а потом удалились прочь, таща за собой здоровенный чемодан.
Вот и что это сейчас было? Галлюцинация, скорее всего, даже для Института существа выглядели странновато, и вкус молока на губах, ладно бы воды, или алкоголя, но кто будет таскать с собой фляжку с молоком?
Я снова прикрыл глаза, и провалился в темноту, к счастью, в этом мраке не было серой равнины, а значит, жизнь все еще теплится во мне.
Приходил я в себя несколько раз, ненадолго, буквально на минуту другу, в первый раз от того, что меня хлестали по цекам и лили на лицо воду, второй, когда больно ударился о стену головой. Очнулся на мгновение, чтобы только понять, меня кто-то несет на себе, кряхтя и громко ругаясь.
Ну а в третий раз меня разбудил свет. Тут я в сознании задержался надолго, даже успел разобрать, что стоящий надо мной человек кричит в рацию.
— Сектор С, минус шестой уровень, Альфа здесь! — Буквально кричал мужской голос, принадлежавший одному из многочисленных представителей семейства соловьевичей. — Да откуда я знаю. Мне почем знать, что он тут делает, его приволокли с нижних уровней, срочно сюда наших и реанимацию, он совсем плох, большая кровопотеря, похоже он себе вены вскрыл или что-то еще.
Снова мрак, а потом… Открыв глаза я увидел заспанное и злое лицо Златы.
— Дим! Ну сколько можно? — Боже, какие же у нее красивые глаза, и как я раньше мог ее бояться? Она ведь просто чудо, мой ангел хранитель, золотце мое. Нет я не проникся внезапно любовью к ведьме, и это даже не было остаточное действие феромонов, которые наверняка все ещё были на моей коже, феромоны могли вызвать желание в отношении Кикиморы, а Злата… Ну просто увидев ее, я понял, что не все кончено, я жив и даже вскоре буду совершенно здоров.
— Как же от тебя воняет. — Между тем продолжала возмущаться ведьма. — Ты что? В дерьме купался?
— Валялся. — Поправил я ее. — В собственном дерьме, в чужих феромонах, а еще, я не знаю уже сколько не чистил зубы, так что вонять еще и изо рта может, хотя на фоне остального, это мелочи.
— Надо валить! — Вмешался в нашу беседу один из соловьевичей. — Сюда Черномор со своими идет. Кто-то, стуканул.
— А чего происходит? — Уточнил я с трудом вставая и опираясь на любезно подставленное плечо ведьмы.
— Да так. — Отмахнулась она. — У нас тут междоусобица небольшая, пока ты ошивался непойми, где, в Институте произошли некоторые события.
